Рекуррентный немышечно-инвазивный рак мочевого пузыря (НМИРМП) встречается часто, но поддается лечению у пациентов с мышечно-инвазивным раком мочевого пузыря (МИРМП), достигших клинически полного ответа (cCR) на неоадъювантную химиотерапию (НХТ) на основе цисплатина, сообщают специалисты одного учреждения.
Клинические рекомендации Американской урологической ассоциации (AUA) и Общества урологической онкологии (SUO) по-прежнему рекомендуют НХТ на основе препаратов платины с последующей радикальной цистэктомией (РЦ) и тазовой лимфодиссекцией в качестве стандартного лечения МИРМП. Некоторые пациенты, которым РЦ противопоказана или которые от нее отказываются, тем не менее выбирают органосохраняющую терапию.
Benjamin I. Joffe и коллеги на основе данных New York-Presbyterian и Columbia University Irving Medical Center за 2004–2024 годы провели ретроспективное исследование 61 пациента с МИРМП, которые достигли cCR после НХТ на основе цисплатина и отказались от РЦ. Пациенты наблюдались по строгому протоколу активного наблюдения: цистоскопия с цитологией каждые 3 месяца и визуализация каждые 6 месяцев. Подозрительные очаги удаляли трансуретральной резекцией (ТУР).
Медиана длительности сохранения cCR составила 28,3 месяца (IQR 10–59), при этом у 28 из 61 пациента (46%) развился рецидив в виде НМИРМП, сообщается в The Journal of Urology. Кумулятивная частота первого рецидива НМИРМП составила 23% через 1 год, 36% через 2 года и 49% через 5 лет.
Рецидивы НМИРМП у пациентов включали единичную опухоль (n=20), 2 опухоли (n=5) или 3 и более опухоли (n=3). Среди 46 рецидивов: карцинома in situ (37%), высокозлокачественная Ta (24%), высокозлокачественная T1 (20%) и низкозлокачественная Ta (20%).
Большинство высокозлокачественных рецидивов (60%) лечили индукционной терапией БЦЖ (Bacillus Calmette-Guérin), тогда как 19% выполнена РЦ, 11% — повторная ТУР, 5% — системный pembrolizumab, 3% — внутрипузырный гемцитабин плюс доцетаксел.
После индукционной БЦЖ высокозлокачественный НМИРМП рецидивировал в 15% случаев через 5 лет. Показатель 5-летней свободы от метастазов и МИРМП составил 76%.
Рецидив МИРМП или прогрессирование в метастатическую болезнь произошло у 12 из 61 пациента. Кумулятивная частота метастазирования была значимо выше среди пациентов с рецидивом МИРМП по сравнению с теми, у кого развился НМИРМП или не было рецидива (P <0,001).
«Наше исследование подчеркивает высокую частоту рецидивов НМИРМП у пациентов с cCR после НХТ по поводу МИРМП, наблюдавшихся активно, и одновременно демонстрирует выполнимость и безопасность органосохраняющего лечения в этой ситуации», — пишет группа доктора Joffe. «Рецидивы НМИРМП, хотя и частые, в основном можно контролировать органосохраняющими методами. Строгие протоколы активного наблюдения и правильный отбор пациентов при ведении МИРМП имеют решающее значение».
В сопроводительной редакционной статье Kimberly Toumazos, Frances M. Martin и Patrick Hensley из Университета Кентукки отмечают, что исследование закрывает важные пробелы в знаниях о реальных исходах после достижения cCR и отказа от РЦ. Хотя у 46% пациентов развился рецидив за медиану наблюдения 42 месяца, большинство высокозлокачественных рецидивов НМИРМП было успешно купировано внутрипузырной терапией.
Однако эксперты предостерегают, что случаи рецидива МИРМП имели плохой прогноз: «Важно не упускать из виду центральную роль совместного принятия решений на протяжении всего пути лечения и выживания. В свете все более эффективных режимов системной терапии и улучшенной стратификации риска мы ожидаем, что сохранение мочевого пузыря станет основным терапевтическим вариантом для отдельных пациентов. […] Хотя мы должны стремиться постоянно приоритизировать цели пациента, существует ответственность признавать ценность своевременной радикальной цистэктомии как подходящего, хорошо переносимого варианта для подходящих пациентов».