Табачная зависимость (TUD) ухудшает выживаемость и результаты лечения онкологических пациентов, однако стандартная фармакотерапия отказа от курения часто недостаточно эффективна. Семаглутид продемонстрировал нейроэндокринологические преимущества в отношении отказа от курения при сахарном диабете 2 типа (СД2), что позволяет предполагать аналогичный или больший потенциал тирзепатида с его двойным агонизмом рецепторов GIP/GLP-1. Данные у пациентов с онкологическими заболеваниями до сих пор отсутствовали.

Исследователи провели ретроспективный когортный анализ с подбором по шкале предрасположенности (propensity score-matched) с использованием базы данных TriNetX US Research Network, охватывающей 67 медицинских организаций. В анализ включили 78 470 пациентов с СД2 и неметастатическим раком, впервые начавших монотерапию семаглутидом или тирзепатидом в период 2017–2025 гг. Группу сравнения составили пациенты, начавшие терапию метформином, инсулином, ингибиторами SGLT2, другими антидиабетическими препаратами (ингибиторы DPP-4, производные сульфонилмочевины, тиазолидиндионы, ингибиторы α-глюкозидазы) или агонистами рецепторов GLP-1 первого поколения.

Из 78 470 включённых пациентов 4 324 начали терапию семаглутидом или тирзепатидом (средний возраст 65,7 года; 54,4% женщин). Применение семаглутида или тирзепатида ассоциировалось со снижением показателей медицинской помощи, связанной с табачной зависимостью, по сравнению с метформином (HR 0,80; 95% CI 0,73–0,87), инсулином (HR 0,66; 95% CI 0,60–0,72) и другими антидиабетическими препаратами (HR 0,81; 95% CI 0,72–0,91).

Ассоциации были более выраженными среди активных курильщиков и пациентов с табак-ассоциированными опухолями, при этом значимое снижение распространялось и на сравнения с ингибиторами SGLT2 и агонистами рецепторов GLP-1 первого поколения. При раке молочной железы и раке лёгкого наблюдалось снижение показателей по сравнению с метформином и инсулином; при раке предстательной железы значимых различий не выявлено.

Первичной конечной точкой был композитный показатель медицинской помощи, связанной с табачной зависимостью, в течение 365 дней: новый диагноз никотиновой зависимости, визит для консультации по отказу от курения или назначение фармакотерапии для прекращения курения. Отношения рисков оценивались с использованием регрессионной модели пропорциональных рисков Кокса в общей популяции и в подгруппах, определённых по курительной нагрузке (активные курильщики, табак-ассоциированные опухоли) и распространённости рака (рак молочной железы, лёгкого и предстательной железы).

Полученные данные обосновывают проведение проспективных исследований агонистов рецепторов GLP-1 как вспомогательных вмешательств при табачной зависимости в рамках интегрированной онкологической и метаболической помощи.