Резистентность к цитотоксической химиотерапии и лучевой терапии традиционно связывают с репарацией ДНК, эффлюксом препаратов и порогом апоптоза. Хлоридные каналы пересекаются с этими процессами, но редко рассматриваются как группа. Данный обзор показывает, что хлоридный транспорт не является единой мишенью, а терапевтическое направление различается в зависимости от типа канала и ткани.
В экспериментальных моделях LRRC8A- и LRRC8D-содержащие каналы опосредуют значительный захват платины. Дозозависимые ассоциации между их экспрессией и исходом описаны при раке головы и шеи, что поддерживает их проспективную оценку как предиктивных биомаркеров. Противоречивые данные при раке яичников, толстой кишки и молочной железы указывают, что это направление установлено скорее для захвата платины, чем для цитотоксической резистентности в целом.
CFTR является супрессором опухолей кишечника и единственным из рассмотренных каналов с одобренным потенциатором. Однако его направление меняется при глиоме, а данные при раке предстательной железы указывают на CFTR-зависимую резистентность к cisplatin в том же направлении. Напротив, ClC-3, ANO1 и CLIC1 ассоциированы с резистентностью при гиперэкспрессии, хотя CLIC1 лучше подтверждён как детерминант ответа на препараты, чем туморогенеза.
В обзоре сравниваются 16 модуляторов по активности, формату анализа, селективности и клиническому статусу; широко используемые блокаторы часто обладают низкой селективностью. Авторы рекомендуют проводить контр-скрининг кандидатных блокаторов хлоридных каналов против LRRC8/VRAC перед комбинацией с платиновой терапией и не обобщать потенциацию CFTR на все типы опухолей. Противоречивые данные включены в обзор наряду с направлениями, которые они уточняют, а не отклонены.