Продовольственная небезопасность (food insecurity, FI) признана важной социальной детерминантой здоровья у онкологических пациентов. Несмотря на создание программ продовольственной помощи во многих учреждениях, характеристики направляемых пациентов изучены недостаточно. В ретроспективном исследовании в академическом центре Кливленда проанализированы 361 взрослый пациент с диагнозом злокачественного новообразования, направленный в институциональную программу Food for Life (FFL).

Медиана возраста составила 62 года, 69,0% — женщины. Пациенты идентифицировались как белые (42,4%), чернокожие (54,8%) или другие (2,8%). Пациенты были сконцентрированы в почтовых индексах, ассоциированных с более высокими показателями смертности от рака. Наиболее распространенные диагнозы: рак молочной железы (25,2%), мочеполовой системы (16,3%) и желудочно-кишечного тракта (13,0%). До направления в FFL 34,6% пациентов получали лучевую терапию и 57,1% перенесли хирургическое лечение. Коморбидность была легкой у 12,2% пациентов, умеренной у 23,0% и тяжелой у 64,8%.

Только 15,0% пациентов имели документированный код МКБ продовольственной небезопасности в электронной медицинской карте, 57,3% — документирование FI в функции социальных детерминант здоровья (SDOH) Epic, и 8,3% — оба варианта документации. Химиотерапия чаще применялась у пациентов без кода МКБ FI (p=0,025). Лучевая терапия была более распространена у пациентов с документацией FI в SDOH (p=0,048). Другие переменные не различались в зависимости от формы документации FI.

Несмотря на направления в программу FFL, многие онкологические пациенты из этой когорты высокого риска смертности не имели документированного скрининга продовольственной небезопасности. Этот разрыв между скринингом FI и внедрением ресурсов демонстрирует необходимость стандартизированного скрининга перед направлением для обеспечения комплексной помощи выжившим после рака. Необходимы дальнейшие исследования для выявления факторов, связанных с направлением без предварительного скрининга.