Острая медицинская помощь (ACU) — включающая обращения в отделения неотложной помощи (ОНП), госпитализации и поступления в отделения интенсивной терапии (ОИТ) — ассоциирована с повышением затрат на здравоохранение, прерыванием лечения и ухудшением исходов у онкологических пациентов. Выявление пациентов с повышенным риском ACU может способствовать целенаправленному назначению поддерживающих мероприятий. Цель исследования — определить клинические факторы, связанные с ACU, у пациентов, получающих системную противоопухолевую терапию в онкологическом центре Бразилии с аккредитацией QMENTUM Diamond.

Проведено ретроспективное когортное исследование взрослых пациентов со солидными опухолями, получавших лечение в бразильском онкологическом центре в 2023–2025 гг. Первичная конечная точка — ACU, определяемая как хотя бы одно из событий в период наблюдения: обращение в ОНП в течение 30 дней от начала лечения, госпитализация в течение 30 дней или поступление в ОИТ. Демографические и клинические переменные включали возраст, цель лечения и функциональный статус по шкале ECOG. Многофакторная логистическая регрессия использована для оценки независимо связанных с ACU факторов.

Включено 161 пациент. Медиана возраста составила 61 год (диапазон 25–92), 42,9% были в возрасте ≥65 лет; 68,3% — женщины. Наиболее частые локализации: рак молочной железы (41,0%), желудочно-кишечного тракта (23,6%) и гинекологические опухоли (6,2%). Большинство пациентов имели распространённую стадию заболевания (III–IV, 70,8%). ACU зарегистрировано у 52 пациентов (32,3%).

ACU чаще отмечалось у пациентов ≥65 лет по сравнению с более молодыми (43,5% vs. 23,9%, p=0,008) и у получавших паллиативное лечение по сравнению с лечением с лечебной целью (39,7% vs. 25,3%; p=0,06). Наблюдалось ступенчатое увеличение частоты ACU с ухудшением функционального статуса: у 14 из 76 пациентов (18,4%) с ECOG 0, у 18 из 56 (32,1%) с ECOG 1 и у 20 из 29 (69,0%) с ECOG ≥2 (p<0,001).

В многофакторном анализе с поправкой на возраст и цель лечения ECOG ≥2 оставался независимо связанным с ACU (ОШ 5,38; 95% ДИ 2,07–13,97; p=0,001). Ни возраст ≥65 лет (ОШ 1,44; 95% ДИ 0,67–3,09; p=0,35), ни паллиативная цель лечения (ОШ 1,41; 95% ДИ 0,68–2,93; p=0,35) не показали независимой связи с ACU.

В данной когорте реальной клинической практики из Бразилии функциональный статус по шкале ECOG оказался наиболее сильным предиктором острых обращений за медицинской помощью. Хотя пожилой возраст и паллиативная цель лечения ассоциировались с более высокой частотой ACU в однофакторном анализе, только ECOG ≥2 сохранил независимую связь после поправки на другие факторы. Результаты поддерживают включение оценки функционального статуса в рутинную онкологическую практику для выявления пациентов, которым могут быть полезны целенаправленные стратегии поддерживающей терапии и более тщательное наблюдение в рамках высококачественных онкологических программ.