Болезнь Розаи–Дорфмана (РДД) традиционно рассматривалась как реактивная гистиоцитарная пролиферация — спонтанные регрессии и отсутствие клональных драйверов поддерживали эту точку зрения. Поворот произошёл в 2016–2017 годах, когда в части случаев были идентифицированы рецидивирующие активирующие мутации KRAS и MAP2K1, что привело к частичной реклассификации РДД как клональной неоплазии.
Обзор объединяет данные генетического и геномного тестирования РДД, опубликованные в 2014–2025 годах: 19 когортных исследований и конференц-абстрактов, выявленных через структурированный поиск в PubMed и анализ цитирований.
Частота выявления мутаций варьирует от 0% до примерно 83% в зависимости от когорты, метода секвенирования и анатомической локализации. KRAS и MAP2K1 — наиболее часто вовлечённые гены.
Кожная форма демонстрирует отчётливый NRAS-доминантный профиль, тогда как внутрикостное поражение тяготеет к отсутствию мутаций, хотя каждое из этих наблюдений основано лишь на нескольких когортах.
Помимо пути MAPK, обнаружены рецидивирующие находки в CSF1R и других рецепторных тирозинкиназах, а также рассеянный каталог эпигенетических изменений и альтераций, ассоциированных с миелоидными неоплазиями, — геномный ландшафт выходит за рамки одного сигнального каскада.
Популяционные данные остаются скудными: саудовские и японские когорты отличаются от североамериканской и китайской литературы, доминирующей в этой области, но ни одна из них недостаточно велика, чтобы установить устойчивый популяционный профиль.
Малые выборки, гетерогенные платформы, непоследовательная полнота тестирования и дефицит проспективных многоцентровых когорт ограничивают возможность обобщения частот мутаций.
Обзор обсуждает конкурирующие реактивную и неопластическую трактовки РДД, концепции, необходимые для интерпретации её геномных данных, и появляющиеся диагностические и генотип-ориентированные терапевтические разработки.
РДД лучше понимать как геномно определённое клональное подмножество в рамках более широкой, плохо охарактеризованной популяции, а не как заболевание, полностью реклассифицированное из реактивного в неопластическое.
Необходимы проспективные, единообразно секвенированные, мультиинституциональные исследования, включающие недопредставленные популяции, чтобы разрешить эту картину.

