Неблагоприятные социальные условия ассоциированы с худшими исходами онкологических заболеваний и более низким включением в клинические исследования, однако в онкологической практике они редко оцениваются систематически. В рамках многоуровневой инициативы по улучшению доступа к клиническим исследованиям для недопредставленных пациентов с протоковой аденокарциномой поджелудочной железы (PDAC) был внедрён универсальный скрининг социальных потребностей с автоматическим оповещением социальной службы.

Всем новым пациентам с PDAC, обратившимся в онкологический центр третичного уровня (сентябрь 2024 – февраль 2026), направлялся электронный опросник социальных потребностей на основе валидированного инструмента, соответствующего доменам Healthy People 2030. Пациентам, не ответившим онлайн, предлагалось заполнить опросник по телефону с координатором исследования. Положительный ответ на любой пункт — финансовые затруднения, продовольственная незащищённость, проблемы с транспортом, жильём/коммунальными услугами, подавленное настроение или прямая просьба о контакте с социальным работником — инициировал автоматическое уведомление социальной службы.

Из 1667 пациентов с PDAC, получивших опросник, его заполнили 713 (43%). Респонденты были старше (медиана 68 vs 66 лет; p <0,001) и имели более ранние стадии заболевания (резектабельная/пограничная: 25% vs 20%; метастатическая: 54% vs 61%; p = 0,012). Частота ответов не различалась по полу, расе, этнической принадлежности, индексу депривации района проживания или сельской местности.

221 (31%) пациент сообщил о наличии хотя бы одной структурной социальной потребности: финансовые трудности — 108 (15%), проблемы с жильём — 91 (13%), социальная изоляция — 53 (7%), продовольственная незащищённость — 49 (7%), транспортные проблемы — 22 (3%). Скрининг также выявил рискованное употребление психоактивных веществ (30%) и умеренные или тяжёлые депрессивные симптомы (PHQ-8 ≥10) у 9%.

Ответы инициировали уведомление социальной службы у 352 (49%) пациентов, чаще всего из-за подавленного настроения, финансовых затруднений или проблем с жильём. Из них только 44 (12%) пациента самостоятельно попросили связать их с социальным работником; остальные 308 (88%) были выявлены исключительно благодаря скринингу. После уведомления у 334 (95%) пациентов зафиксирован контакт с социальным работником, который состоялся в медиане через 1 день после заполнения опросника (IQR 1–2) и через 2 дня от начального скрининга (IQR 1–5).

Универсальный скрининг охватил репрезентативную популяцию пациентов с PDAC, выявив структурные потребности у трети и инициировав уведомление почти у половины. Пациенты редко самостоятельно просили о помощи, однако автоматическое уведомление обеспечило контакт практически всех с социальным работником в течение нескольких дней. Исходы после направления к социальному работнику и влияние на общее включение в клинические исследования, в том числе среди недопредставленных групп, продолжают оцениваться.