Мальнутриция независимо повышает риск кардиотоксичности фторпиримидин- и оксалиплатин-содержащей химиотерапии у пациентов с колоректальным раком (КРР), что указывает на необходимость включения нутритивной оценки в предтерапевтическую стратификацию сердечно-сосудистого риска, сообщается в Frontiers in Cardiovascular Medicine.
Комбинирование шкалы Nutritional Risk Screening 2002 (NRS-2002) с уровнем альбумина сыворотки улучшило предсказательную способность модели, а данные по пациентам с кишечными свищами позволяют предположить, что тяжесть нутритивного дефицита отчасти объясняет различия в сердечно-сосудистых исходах при разных стратегиях нутритивной поддержки.
Ретроспективное когортное исследование, проведённое в Shanghai Songjiang Sijing Hospital (Китай) с января 2020 по декабрь 2023 года, включило 320 пациентов, получавших FOLFOX или XELOX. Из 489 оценённых пациентов 169 были исключены по причине предшествующего применения антрациклинов (n=52), исходной кардиомиопатии или фракции выброса левого желудочка <50% (n=38), неполного кардиомониторинга (n=47) или периода наблюдения <3 месяцев (n=32).
Медиана наблюдения составила 18,4 месяца (IQR 11,2–26,8). Нутритивный риск (NRS-2002 ≥3) выявлен у 112 пациентов (35,0%). По сравнению с пациентами без нутритивного риска эта группа была старше, имела более низкий индекс массы тела и уровень альбумина, чаще — распространённую стадию заболевания и послеоперационные несостоятельности анастомоза или кишечные свищи.
Сердечно-сосудистая токсичность зарегистрирована у 59 пациентов (18,4%) в целом, при этом частота среди пациентов с нутритивным риском была значимо выше, чем среди пациентов с нормальным нутритивным статусом (31,3% vs 11,5%; P<0,001). Наиболее частым событием стало удлинение корригированного интервала QT (7,5%), затем повышение тропонина I (6,6%). Новая артериальная гипертензия, требующая фармакотерапии, возникла у 21 пациента (6,6%). Госпитализации по поводу сердечно-сосудистых событий также чаще встречались в группе нутритивного риска (10,7% vs 3,8%; P=0,013), как и редукции доз химиотерапии и задержки лечения.
Многофакторная логистическая регрессия выявила NRS-2002 ≥3 (скорректированный OR 3,18; 95% CI 1,69–5,98; P<0,001) и альбумин <35 г/л (скорректированный OR 2,43; 95% CI 1,34–4,40; P=0,003) как независимые предикторы кардиотоксичности. Сопутствующее применение bevacizumab также ассоциировалось с повышенным риском (скорректированный OR 1,94; 95% CI 1,08–3,48; P=0,027). После propensity score matching (89 пар) частота кардиотоксичности оставалась выше при нутритивном риске (31,5% vs 13,5%; OR 2,93; 95% CI 1,41–6,07; P<0,001).
ROC-анализ показал, что комбинация NRS-2002 с альбумином улучшила AUC до 0,764 (95% CI 0,701–0,827) по сравнению с NRS-2002 в одиночку (AUC 0,718; 95% CI 0,651–0,785; P=0,031). Среди 49 пациентов с кишечными свищами кардиотоксичность наблюдалась у 38,7% при полном парентеральном питании и у 16,7% при раннем энтеральном питании (P=0,043). Однако после поправки на исходный нутритивный статус и возраст различие утратило статистическую значимость (скорректированный OR 2,14; 95% CI 0,72–6,38; P=0,17).
Ретроспективный одноцентровой дизайн и ограниченный размер подгрупп не позволяют делать причинно-следственные выводы. Проспективные исследования должны оценить, может ли структурированная нутритивная оптимизация перед химиотерапией снизить частоту сердечно-сосудистых осложнений.
«Комбинированная прогностическая модель NRS-2002–альбумин (AUC 0,764) предоставляет практичный и недорогой инструмент скрининга для стратификации сердечно-сосудистого риска перед химиотерапией, — отмечают Zhou и коллеги. — Логичными следующими шагами являются формальная интеграция нутритивной оценки в алгоритмы кардиоонкологической стратификации риска и проспективные рандомизированные исследования нутритивной оптимизации как кардиопротективного вмешательства».