Водные экстракты Galinsoga parviflora (GP), Ageratum conyzoides (AC) и Argemone mexicana (AM) использовали для «зелёного» синтеза наночастиц оксида цинка (ZnO-NPs). Характеризация подтвердила образование фазово-чистых кристаллических ZnO-NPs с гексагональной вюрцитной структурой и преимущественно сферической морфологией. Средние размеры частиц составили 12,33 ± 5,58 нм (GP-ZnO), 12,05 ± 4,51 нм (AM-ZnO) и 10,32 ± 1,98 нм (AC-ZnO) при общем диапазоне 5–36 нм. Дзета-потенциалы от −8,2 до −8,6 мВ указывали на слабую электростатическую стабилизацию и склонность к некоторой агрегации, что подтверждалось FE-SEM изображениями. FT-IR подтвердила образование ZnO с остаточными растительными компонентами на поверхности, XRD показала характерные рефлексы, соответствующие кристаллическим плоскостям (100), (002), (101), (102), (103), (110) и (112) вюрцитного ZnO.

Биосинтезированные ZnO-NPs продемонстрировали благоприятную биосовместимость: минимальный гемолиз и незначительную цитотоксичность в отношении нормальных клеток печени THLE-2. GP-ZnO, AM-ZnO и AC-ZnO-NPs проявили концентрационно-зависимую цитотоксичность против клеток карциномы HepG2 с IC50 60,25 ± 3,2, 68,35 ± 3,4 и 74,15 ± 2,6 мкг/мл соответственно.

Обработка наночастицами значительно повышала внутриклеточные уровни ROS и количество Annexin V+ клеток. GP-ZnO и AM-ZnO-NPs индуцировали 59,71% и 57,40% Annexin V+ клеток соответственно против 50,05% для доксорубицина (Dox). Несмотря на более низкие уровни ROS по сравнению с Dox, более высокая апоптотическая фракция предполагает участие ROS-независимых механизмов цитотоксичности. Однако отсутствие окрашивания PI не позволило дифференцировать позднюю стадию апоптоза от некроза. Авторы считают растительно-опосредованные ZnO-NPs перспективными кандидатами для дальнейшего исследования in vivo и трансляционной разработки в наномедицине рака печени.