Одноцентровая ретроспективная когорта включила 218 пациенток с распространённым раком яичников, получавших поддерживающую терапию PARP-ингибиторами (олапариб, олапариб + бевацизумаб или нирапариб) после платиносодержащей химиотерапии первой линии. Медиана наблюдения составила 23,9 месяца. Выживаемость без прогрессирования (ВБП) и общую выживаемость (ОВ) оценивали от начала поддерживающей терапии. Проведено два сравнения: олапариб vs нирапариб при BRCA-мутированном раке и олапариб + бевацизумаб vs нирапариб при HRD-позитивном BRCA-дикого типа.
82 пациентки получили олапариб, 33 — олапариб + бевацизумаб, 103 — нирапариб. При BRCA-мутированном раке (n=81 олапариб, n=44 нирапариб) 2-летняя ВБП составила 68,2% и 69,0% соответственно (нирапариб vs олапариб: HR 1,14, 95% CI 0,60–2,17; log-rank p=0,695). Статистически значимых различий не выявлено.
При HRD-позитивном BRCA-дикого типа раке (n=22 комбинация, n=51 нирапариб) 2-летняя ВБП достигла 81,0% в группе олапариб + бевацизумаб и 62,6% в группе нирапариба (нирапариб vs комбинация: HR 1,58, 95% CI 0,61–4,09; log-rank p=0,338). Режим индукции с бевацизумабом чаще применялся в группе комбинации (13/22 vs 2/51), всего зарегистрировано 7 смертей, что не позволило оценить ОВ.
Ни в одном сравнении не обнаружено статистически значимых различий ВБП. Исследование не имело достаточной мощности для оценки ОВ или установления превосходства/эквивалентности. Малая численность HRD-позитивной когорты и различия в предшествующей терапии не позволяют сделать окончательный вывод об относительной эффективности олапариба с бевацизумабом и нирапариба.