Ретроспективное исследование 274 пациентов с ПКРПР показало, что более высокий ИМТ до лечения ассоциирован с лучшей общей выживаемостью (HR 0.95 на 1 кг/м², p=0.013) и меньшей потребностью в периоперационных трансфузиях эритроцитарной массы. Пятилетняя ОВ составила 31.4% у пациентов с недостаточной массой тела против 82.0% при ожирении.

Обзор современных подходов к лечению перитонеального канцероматоза: от стандартной системной химиотерапии до конверсионной хирургии, циторедуктивных операций, HIPEC и PIPAC. Анализ эффективности комбинированных методов и перспективы их применения.

Описан клинический случай применения оригинального способа селективной экстрапаренхиматозной сосудистой изоляции при лапароскопической бисегментэктомии S6–7 у пациента с метастазами колоректального рака в печень. Метод позволил минимизировать кровопотерю (<150 мл) и избежать тотальной ишемии органа, в отличие от стандартного приема Прингла.

Разработана прогностическая модель вероятности клинически значимой лимфореи после операций на лимфатическом аппарате у пациентов с меланомой и раком молочной железы. Модель на основе 8 предоперационных факторов позволяет предсказать риск обильной лимфореи с чувствительностью 95% и точностью 84,1%.

Post hoc анализ РКИ показал значимо худшую выживаемость без прогрессирования при Retzius-щадящей роботической простатэктомии по сравнению с передним доступом (5-летняя PFS 80,2% vs 91,1%, 10-летняя 50,5% vs 82,0%; HR 2,64; P=0,049). Несмотря на ранее показанные преимущества в восстановлении удержания мочи, долгосрочные онкологические результаты настораживают даже у пациентов с негативными краями.

Данные рандомизированного исследования PACE-A с медианой наблюдения 8 лет демонстрируют сопоставимую онкологическую эффективность стереотаксической радиотерапии (SBRT) и радикальной простатэктомии при локализованном раке простаты низкого и промежуточного риска при значительных различиях в качестве жизни.

Проспективное исследование 13 пациентов со злокачественными глиомами показало, что интенсивность флуоресценции хлорина е6 коррелирует с накоплением 11C-метионина на ПЭТ и индексом пролиферации Ki-67. Зоны с видимой флуоресценцией демонстрировали значимо более высокое поглощение радиофармпрепарата и индекс Ki-67 по сравнению с невизуализируемыми участками, что подтверждает применимость флуоресцентной навигации для определения границ опухоли при недоступности ПЭТ.

Китайские хирурги успешно применили ретроаурикулярный доступ для удаления параганглиомы каротидного тела у 27-летней пациентки, обеспокоенной косметическим результатом. Полная резекция опухоли 4 см достигнута без рецидива через 12 месяцев наблюдения.

Систематический обзор 36 исследований (5137 пациентов) показал, что фактическую резекцию печени после конверсионной терапии изначально нерезектабельной гепатоцеллюлярной карциномы выполнили примерно четверти пациентов (25,40%; 95% ДИ 20,74–30,69%), хотя показатели сильно варьируют между исследованиями.

Ретроспективное исследование 605 пациентов с NMIBC выявило ключевые предикторы рецидива: множественность опухолей (ОШ 1,88), высокая степень злокачественности, сопутствующий CIS и повышенное отношение нейтрофилов к лимфоцитам. Поддерживающая внутрипузырная терапия снижала риск рецидива вдвое (ОШ 0,49).

Ежегодные встречи с прозрачным бенчмаркингом на уровне клиник и обменом опытом между коллегами, введённые в Нидерландах с 2018 года, ассоциировались со значительным снижением частоты несостоятельности анастомоза после эзофагэктомии — с 20,3% в 2017 до 14,0% в 2023 года.

Опухолевый тромбоз воротной вены (PVTT) — признак агрессивного течения ГЦК, традиционно исключавший радикальное лечение. Новые комбинации иммунотерапии, HAIC, селективные трансартериальные методы и лучевая терапия позволяют части пациентов достичь downstaging до резекции, но стратегия требует строгого отбора и мультидисциплинарного подхода.

Описан случай успешного удаления множественных рецидивных шванном поясничного отдела позвоночника через единый доступ, сочетающий открытую операцию с эндоскопической техникой AUSS — полное купирование корешковой боли и радикальная резекция опухолей в труднодоступных анатомических пространствах.

Ретроспективное сравнение NACT-IDS и PDS у 97 пациенток с распространённым раком яичников не выявило различий в общей и безрецидивной выживаемости после поправки на исходные характеристики, хотя неоадъювантный подход ассоциировался с меньшей кровопотерей и более ранним началом послеоперационной химиотерапии.

Китайское ретроспективное исследование показало, что time-segmented протокол термоменеджмента сократил частоту интраоперационной гипотермии у пациентов с раком пищевода с 91,4% до 8,6% (RR 0,09; 95% CI 0,04–0,22; P<0,001), снизил осложнения с 62,1% до 34,5% и уменьшил стоимость госпитализации на 8911 юаней.

Проспективное исследование показало, что биопсия сторожевых лимфоузлов после неоадъювантной химиотerapии при местно-распространённом раке молочной железы имеет низкий уровень ложноотрицательных результатов (2,1%), что позволяет рассматривать метод как приемлемый для стадирования аксиллярной зоны после downstaging.

Описание случая синдрома Бирта–Хогга–Дюбе у 35-летней пациентки с двусторонними мультифокальными опухолями почек (онкоцитома и хромофобный рак) и легочными кистами, потребовавшего органосохраняющего хирургического лечения. Демонстрируется важность междисциплинарного подхода и молекулярно-генетической диагностики при почечных новообразованиях у молодых пациентов.

Ретроспективное исследование 74 пациентов с семиномой яичка и резидуальными забрюшинными массами после химиотерапии не выявило различий в выживаемости между динамическим наблюдением и забрюшинной лимфаденэктомией (ВБП 96,1% vs 88,9%, p=0,277), что поддерживает обоснованность наблюдательной тактики у больных с благоприятным прогнозом.

Рецидивы уротелиального рака в верхних мочевыводящих путях после радикальной цистэктомии встречаются у 0,9–9,8% пациентов. Представлен клинический случай успешного ретроперитонеоскопического лечения такого рецидива через 24 месяца после цистэктомии.

Ретроспективный анализ 837 пациентов показал, что персистенция ПСА ≥0,1 нг/мл через 3 месяца после РПЭ выявлена у 34% больных и ассоциирована с ISUP ≥3 (ОШ 2,10; p=0,001) и стадией pT3–T4. ПСМА-ПЭТ/КТ обнаружила остаточные очаги у 68% пациентов с персистенцией, что позволяет персонализировать раннюю сальважную терапию.