Доклинические данные демонстрируют, что напабукасин, ингибитор деубиквитиназы USP36, эффективно подавляет рост PDAC с высокой экспрессией c-MYC. Комбинация напабукасина с пан-KRAS-ингибитором RMC-6236 превосходит монотерапию в ортотопической модели.

Исследование показало, что тучные клетки значительно усиливают экспрессию воспалительных медиаторов (IL-13, IL-6, триптаза) при взаимодействии с первичными и метастатическими клетками протоковой аденокарциномы поджелудочной железы. Выявлено повышение гипоксических генов (Adm, CSF2Rb, Ddit4, Bhlhe40) в опухолевых клетках и изменения метаболизма аргинина и фенилаланина в тучных клетках.

Исследователи разработали подход к цитокин-независимой активации STAT5 в Т-клетках, направленных против мезотелина. В доклинических моделях протокового рака поджелудочной железы (PDAC) активация STAT5 увеличила инфильтрацию опухоли Т-клетками в 10 раз и замедлила рост опухоли, открывая путь к созданию CAR-T и TCR-терапий нового поколения для солидных опухолей.

Комбинация ингибиторов KRAS с вычислительно разработанным миметиком IL-21 (21h10) индуцирует долгосрочные ремиссии при протоковой аденокарциноме поджелудочной железы через CD4 Т-клетки, продуцирующие IFNγ, и фагоцитирующие макрофаги — механизм, не зависящий от CD8 Т-клеток или экспрессии MHC класса I на опухолевых клетках.

Исследование парных образцов до и после лечения методом scRNA-seq показало практически универсальное обогащение генов аксонального наведения в CAF после химиотерапии. Нейрональные CAF ассоциированы с периневральной инвазией, повышенной пролиферацией опухоли и метастатическим рецидивом PDAC.

Новый класс модульных иммунных активаторов — усилители фагоцитарного синапса (PSE) — продемонстрировал способность преодолевать иммуносупрессию в «холодных» опухолях, богатых макрофагами, через бифункциональное воздействие на врожденный и адаптивный иммунитет.

Исследование раскрывает механизм парадоксального эффекта химиотерапии при раке поджелудочной железы: через индукцию сенесценции гепатоцитов и образование нейтрофильных внеклеточных ловушек (NET) происходит пробуждение дормантных опухолевых клеток и развитие метастазов в печени.

Исследование показало, что различные мутации KRAS (G12D vs G12R) формируют принципиально разные механизмы резистентности к ингибитору RAS дараксонрасибу, что позволяет рационально подбирать терапию спасения на основе молекулярного профиля опухоли.

Исследование выявило новый механизм онкогенеза при раке поджелудочной железы: мутантный KRAS нарушает функцию miRNA через фосфорилирование AGO2 по тирозину 393, что приводит к стабилизации про-опухолевых транскриптов и может служить новой терапевтической мишенью.

Исследование показало, что физические упражнения снижают количество воспалительных фибробластов в опухоли поджелудочной железы через модуляцию микробиома и желчную кислоту холевую кислоту.

Исследование выявило новый механизм метастазирования протокового рака поджелудочной железы через RASA2-опосредованную активацию TGFβ2-GLI1 оси, независимо от статуса мутации KRAS

Исследование выявило новый гликоиммунный механизм, при котором Tn-антиген активирует путь IL-34/TNF-α/NF-κB, способствуя иммуносупрессии и росту опухоли при раке поджелудочной железы через экспансию миелоидных супрессорных клеток.

Новое исследование Lu и коллег применяет высокомультиплексную пространственную протеомику для количественной оценки распределения флуоресцентно меченных антител в опухолях пациентов, выявляя ключевые барьеры доставки препаратов, включая захват макрофагами, стромальные барьеры и различия в васкуляризации.