Анализ данных >200 амбулаторных центров США (2011–2025) показал высокие темпы внедрения биомаркерного тестирования и терапии согласно NCCN: тестирование PD-L1 при мТНРМЖ выросло с 6% до 61% (2019–2025), использование ингибиторов CDK4/6 при HR+/HER2− РМЖ — с 32% до 68% (2014–2025), иммунотерапия при мНМРЛ — с 15% до 77% (2015–2025). Медиана времени до начала терапии 14–28 дней.

Лонгитюдное исследование 10-летнего опыта внедрения QOPI в Испании показало устойчиво высокие показатели качества онкологической помощи, улучшение пациент-ориентированных метрик после сертификации и выявило постоянные области для совершенствования.

Анализ данных реестра показал, что пациенты с Medicaid (государственное страхование малоимущих) значимо реже получают рекомендованную терапию при ERPR+ раке молочной железы и раке прямой кишки по сравнению с частной страховкой (aOR=2.1–3.3), тогда как проживание в сельской местности не влияло на качество помощи.

Анализ данных ФСН № 7 за 2013–2023 гг. показал, что наибольшие уровни заболеваемости в России регистрируются при раке кожи, молочной железы, легкого, предстательной железы и колоректальном раке. У детей 0–17 лет отмечен максимальный прирост заболеваемости раком щитовидной железы — 6,1% в год.

Веб-платформа CancerTrialConnect.org для автоматизированного подбора онкологических исследований в Миннесоте зарегистрировала 579 уникальных посетителей и 23 запроса на подключение к исследованиям за период с апреля 2026 года. 62 онколога из четырёх организаций используют систему для межинституционального направления пациентов.

Японское лонгитюдное исследование показало: высокая оценка госпитализации (9–10 баллов по HCAHPS) независимо ассоциирована с лучшим качеством жизни через 6 месяцев после операции (β=0.047, 95% ДИ 0.019–0.074, p=0.001). Ключевые факторы — преемственность ведения и обезболивание.

Очное рекрутирование в исследования рака молочной железы требовало меньше попыток контакта (2 vs 3, p<0.001) и чаще приводило к включению пациентов (79% vs 37%, p<0.001) по сравнению с виртуальным подходом.

Анализ 183 078 молодых женщин с впервые диагностированным раком показал, что лишь 1,9% получили услуги по сохранению фертильности. За 2015–2025 гг. частота использования выросла с 5,9 до 37,7 на 1000 пациенток, но остаётся низкой относительно рекомендаций ASCO.

Ретроспективное сравнение 2570 госпитализаций под руководством онкологов и 1945 — под руководством госпиталистов в крупном онкологическом центре показало значимое увеличение средней длительности пребывания (7,00 vs 4,98 дней; P<0,0001) при сопоставимых показателях летальности, реадмиссии и использования реанимации.

Ретроспективный анализ показал, что у 18% пациентов, прошедших NGS-тестирование, обнаружены действенные мутации, из них 44% потребовали вмешательства программы персонализированной онкологии — структурированный контроль отчётов может стать важной стратегией повышения качества помощи.

Анализ РКИ показал, что выжившие после РМЖ низкого риска чаще ожидают обсуждения физических симптомов (дискомфорт в груди 78,9%, побочные эффекты эндокринной терапии 70,9%), чем психосоциальных проблем (ментальное здоровье 31,3%, образ тела 22,2%), что требует пересмотра подходов к ведению пациентов в рамках ограниченного времени визита.

Академический онкологический центр высокой нагрузки освободил 210–315 часов инфузионного времени за 8 месяцев, переместив пост-инфузионное охлаждение кожи головы в контролируемую неинфузионную зону без дополнительных затрат на персонал и без нежелательных событий.

Исследование показало, что молодые женщины и пациентки с низким доходом чаще сталкиваются с задержками в диагностике и лечении рака молочной железы, однако эти задержки не связаны с ухудшением выживаемости.

Ретроспективный анализ 100 костных биопсий показал, что все образцы декальцифицировались кислотным методом, хотя 15% требовали ИГХ-исследования биомаркеров для выбора терапии. Внедрение EDTA-протокола для проспективно выявленных случаев улучшило сохранность антигенов.

Анализ 2,8 млн случаев РМЖ (2004–2023) показал ухудшение относительной выживаемости жительниц сельских районов США: если в 2010–2016 гг. hazard ratio составлял 1.034, то в 2017–2023 вырос до 1.093 (p<0.001), что указывает на нарастающее неравенство в доступе к скринингу и лечению.

Ретроспективный анализ 140 пациентов показал, что переход к модели специализированного наблюдения после ремиссии повышает соблюдение рекомендаций по скринингу РМЖ: конкордантность алгоритму 79% vs 21% (p<0.001), документирование маммографии 92% vs 27% (p<0.001).

Внедрение целевых email-уведомлений онкологам о потенциально подходящих пациентах с метастатическим раком молочной железы увеличило осведомленность и направление в исследование I фазы, обеспечив достижение целевой акрулизации (3 пациента за 3 месяца против исторических 3 пациентов за 6 месяцев).

Образовательная инициатива онколога в Instagram на английском и испанском языках за 9 месяцев достигла охвата 139 300 просмотров одного поста, 55% аудитории составили новые пользователи, включая жителей Латинской Америки с ограниченным доступом к специалистам.