Ретроспективное одноцентровое исследование 420 пациенток показало, что комбинация RCB с параметрами иммунного микроокружения (CD8, CD163-позитивные макрофаги) и статусом TNBC улучшает прогноз рецидива после неоадъювантной терапии: C-статистика 0,79 в обучающей когорте, 0,75 при внутренней валидации.

У пациенток, получающих olanzapine во время химиотерапии AC, более выраженные седация и нарушение концентрации ассоциированы со снижением контроля CINV, однако противорвотная эффективность olanzapine сохраняется даже при наличии ЦНС-симптомов.

Многоцентровое ретроспективное исследование продемонстрировало высокую точность интеграции МРТ, УЗИ, радиомики и глубокого обучения для прогнозирования pCR при ТНРМЖ: AUC 0.856 во внешней валидации, превосходя клинические модели.

Проспективное исследование с участием 45 пациенток показало, что динамика накопления 68Ga-HER2 после второго цикла неоадъювантной терапии (SUVmax ≤1.15 и снижение ≥61%) позволяет прогнозировать полный патологический ответ с положительной прогностической ценностью 85% при HER2-позитивном раке молочной железы.

Китайское исследование показало, что текстовые данные из рутинных патологоанатомических заключений трепанобиопсии могут предсказывать pCR после неоадъювантной терапии рака молочной железы с AUC 0.747, превосходя модели на основе клинико-лабораторных параметров (AUC 0.420).

Метаанализ 5 РКИ показал, что добавление ингибиторов контрольных точек к химиотерапии повышает частоту полного патоморфологического ответа при раннем трижды негативном раке молочной железы (RR=1.44, 95% CI 1.09–1.79), но ценой значимого роста токсичности.

Промежуточные результаты исследования DESTINY-Breast05 показали, что trastuzumab deruxtecan значительно превосходит trastuzumab emtansine по безрецидивной выживаемости у пациенток с HER2-положительным ранним раком молочной железы и резидуальной инвазивной болезнью после неоадъювантного лечения: 3-летняя iDFS составила 92.4% vs 83.7% (HR 0.47, p<0.001).

49-летняя пациентка с HER2-позитивным раком молочной железы достигла полного ответа после неоадъювантной химиотерапии, однако 18F-FAPI-04 ПЭТ/КТ выявила высокий захват (SUVmax 18.2) в шейных лимфоузлах, что было расценено как метастазы. Биопсия подтвердила доброкачественную реактивную гиперплазию с воспалением — редкий пример ложноположительного результата FAPI-визуализации, вызванного посттерапевтическим воспалением.

Описан случай 48-летней женщины с дерматомиозитом, резистентным к глюкокортикоидам, у которой при углублённом обследовании выявлен инвазивный рак молочной железы с метастазами в аксиллярные лимфоузлы. После неоадъювантной химиотерапии паклитакселом и препаратами платины отмечен регресс кожных проявлений и улучшение мышечной силы.

Клинический случай 54-летней пациентки с тройным негативным метапластическим раком молочной железы, у которой неоадъювантная терапия pembrolizumab + химиотерапия привела к лихорадке на фоне опухолевого некроза, полному отсутствию патоморфоза (Miller-Payne grade 1) и быстрому послеоперационному прогрессированию с летальным исходом через 5 месяцев после операции.

Китайские исследователи разработали мультимодальную номограмму, объединяющую радиомические и deep learning признаки интра- и перитуморальных зон на DCE-MRI с клиническими биомаркерами для предоперационного предсказания pCR у пациенток с РМЖ, получающих неоадъювантную терапию. Модель достигла AUC 0.883 на тестовой выборке, хотя преимущество перитуморальных признаков не было статистически подтверждено.

Результаты исследования NSABP B-59/GeparDouze показали, что добавление атезолизумаба к неоадъювантной химиотерапии не улучшило общую безсобытийную выживаемость при ТНРМЖ, однако у пациентов с высоким уровнем TILs и позитивными лимфоузлами наблюдалась значимая польза от иммунотерапии.

Систематический обзор 13 исследований продемонстрировал, что FAPI-ПЭТ обнаруживает больше очагов поражения по сравнению с ¹⁸F-ФДГ ПЭТ во всех анатомических зонах при раке молочной железы, показывая чувствительность 73-100% в оценке ответа на неоадъювантную терапию.

Исследование Neo-CheckRay показало, что добавление анти-PD-L1 терапии к неоадъювантной химиотерапии и иммуномодулирующей SBRT повышает частоту pCR с 16,3% до 32,6% у пациенток с высоким риском ER-позитивного, HER2-негативного рака молочной железы, особенно при PD-L1-негативных опухолях.

FDA одобрила два отдельных показания для fam-Трастузумаба Дерукстекана-nxki (T-DXd, Enhertu, Daiichi Sankyo, Inc.) для лечения взрослых пациентов с HER2-положительным ранним раком молочной железы.