Практическое руководство для медсестер по распознаванию и коррекции нежелательных явлений при применении пероральных таргетных препаратов у пациенток с HR-положительным/HER2-негативным раком молочной железы.

Обзор современных стратегий сохранения фертильности у молодых онкологических пациенток: от агонистов ГнРГ и криоконсервации до органосохраняющих операций при раке шейки матки и яичников. Беременность после лечения возможна, но сопряжена с повышенным риском преждевременных родов.

Ретроспективное исследование показало, что 28% пациенток с ранним раком молочной железы могут избежать биопсии сторожевого лимфоузла согласно современным критериям. Отказ от процедуры сокращает время пребывания пациента на 2,18 ч, снижает углеродный след на 0,54 кг CO₂-эквивалента на случай и высвобождает операционные мощности при приемлемой частоте послеоперационного upstaging.

Ретроспективное исследование 2224 случаев органосохраняющих операций показало, что техника cavity shave margins (CSM) обеспечивает сопоставимую с интраоперационным замороженным срезом (FS) частоту повторных вмешательств (12.1% vs 12.8%; p=0.65), но сокращает время операции на 18 минут при изолированной резекции и на 5 минут при комбинации с биопсией сторожевого лимфоузла.

Описан редкий случай хронической расширяющейся гематомы (CEH) в подмышечной области, развившейся через 15 лет после радикальной мастэктомии с адъювантной химиолучевой терапией и требовавшей дифференциальной диагностики с локорегионарным рецидивом и ангиосаркомой.

Метаанализ 52 исследований показал, что лучевая терапия левосторонней опухоли молочной железы с задержкой дыхания на вдохе под контролем поверхностного наведения (SGRT/OSMS) снижает дозу на сердце на 1,21 Гр, на переднюю нисходящую артерию — на 7,05 Гр, на ипсилатеральное лёгкое — на 0,88 Гр по сравнению со свободным дыханием.

Рандомизированное контролируемое исследование (n=201) показало, что 9-месячное цифровое вмешательство CUMACA-M предотвращает ухудшение качества жизни у долгосрочных выживших после рака молочной железы (≥5 лет после диагноза) по сравнению со стандартной помощью.

Обзор данных о связи герминальных патогенных вариантов в генах предрасположенности к РМЖ с паттерном метастазирования: от BRCA1 до современных моделей взаимодействия опухоли и микроокружения.

Клинический случай 54-летней пациентки с тройным негативным метапластическим раком молочной железы, у которой неоадъювантная терапия pembrolizumab + химиотерапия привела к лихорадке на фоне опухолевого некроза, полному отсутствию патоморфоза (Miller-Payne grade 1) и быстрому послеоперационному прогрессированию с летальным исходом через 5 месяцев после операции.

В исследовании II фазы DETECT IVb оценена клиническая эффективность эрибулина у пациенток с HER2-негативным метастатическим раком молочной железы и изучена связь динамики циркулирующих опухолевых клеток (ЦОК) с исходами лечения. Медиана ВБП составила 4.6 месяца, ОВ — 13.4 месяца. Клиренс ЦОК при первом контроле ассоциирован с улучшением ВБП (p=0.043), но не ОВ (p=0.192).

Ретроспективное исследование показало, что наличие герминального варианта неопределённой значимости (VUS) более чем вдвое повышает вероятность выбора двусторонней мастэктомии у пациенток с односторонним раком молочной железы, которым показана лампэктомия (OR 2.213; 95% CI 1.113–4.400; p = 0.023).

Исследование 707 пациенток с раком молочной железы показало, что измерение «личностный рост» (BFS4) занимает центральную и мостиковую позицию в сети психологических конструктов, связывая тревогу/депрессию с посттравматическим ростом и обнаружением пользы от болезни.

Обзор 15 исследований показал потенциал VR-технологий на всех этапах хирургического лечения рака молочной железы — от предоперационной подготовки до реабилитации, но выявил отсутствие стандартизированных протоколов.

Ретроспективное исследование 91 пациентки показало, что ранняя кардиотоксичность после лучевой терапии РМЖ следует латерально-специфичной «модели двух механизмов»: левосторонняя локализация ассоциирована с нарушениями реполяризации (68,2%) вследствие диффузного облучения левого желудочка, правосторонняя — с нарушениями ритма (62,5%) из-за фокального воздействия на синоатриальный узел.

Образовательные материалы по применению пероральных селективных деградеров эстрогеновых рецепторов (SERD) нового поколения при ER+/HER2- метастатическом раке молочной железы. Представлены механизмы эндокринной резистентности, клиническая значимость мутаций ESR1, стратегии геномного и ctDNA тестирования, данные клинических исследований elacestrant, imlunestrant, camizestrant и vepdegestrant с практическими рекомендациями по выбору терапии, управлению побочными эффектами и приверженности лечению.

Разработана система глубокого обучения, генерирующая виртуальные IHC-изображения для оценки рецепторов эстрогена и прогестерона непосредственно из H&E-окрашенных срезов. Подход достиг MAE 9,14% для ER и 6,10% для PR, обеспечивая визуально интерпретируемую альтернативу традиционному окрашиванию.

Анализ данных 33 816 женщин показал, что более низкая маммографическая плотность может опосредовать до 60% защитного эффекта более высокого индекса массы тела в возрасте 20 лет на риск постменопаузального рака молочной железы.

Ретроспективное многоцентровое исследование показало, что пациенты со стадией I и стадией II (T<3 см) трижды негативного РМЖ имеют сходные показатели полного патологического ответа (51,1% vs 51,9%, p=0,92) и краткосрочной выживаемости, несмотря на существенные различия в подходах к лечению — использование неоадъювантной иммунотерапии по KEYNOTE-522 составило 75,0% vs 45,7% соответственно.

Китайские исследователи разработали мультимодальную номограмму, объединяющую радиомические и deep learning признаки интра- и перитуморальных зон на DCE-MRI с клиническими биомаркерами для предоперационного предсказания pCR у пациенток с РМЖ, получающих неоадъювантную терапию. Модель достигла AUC 0.883 на тестовой выборке, хотя преимущество перитуморальных признаков не было статистически подтверждено.

Метаанализ показал, что онкопластические резекции при раке молочной железы обеспечивают лучший контроль краёв резекции и снижают частоту повторных вмешательств без увеличения локальных рецидивов по сравнению с традиционными органосохраняющими операциями.