Полноэкзомное и транскриптомное секвенирование выявило молекулярные различия между ER-позитивным первичным и метастатическим раком молочной железы. Сравнение образцов метастатических опухолей с соответствующими первичными тканями показало клинически значимые мутации в различных генах, включая ESR1 и RB1, приобретенные в процессе метастазирования.

Метаанализ рандомизированных исследований маммографического скрининга показал, что при использовании единого методологического подхода уровень гипердиагностики рака молочной железы составляет менее 5%, что значительно ниже ранее сообщаемых оценок от 0 до 50%.

Исследование 56 образцов метастазов РМЖ в головной мозг показало, что 66% содержат клинически значимые геномные изменения ESCAT I/II уровня. Особенно высокая частота мутаций BRCA1/BRCA2/PALB2 выявлена в HER2- подгруппе (24%), а мутации PIK3CA при HER2+ метастазах ассоциированы с худшим прогнозом.

Комплексное исследование роли SHBG как биомаркера риска рака молочной железы показало его значимость в группах высокого риска, но не подтвердило прогностическую ценность в общей популяции пременопаузальных женщин.

В многоцентровом исследовании III фазы с участием 365 пациентов с HER2-позитивным метастатическим раком молочной железы trastuzumab botidotin продемонстрировал значительно более длительную выживаемость без прогрессирования по сравнению с trastuzumab emtansine (11.1 против 4.4 месяцев; HR 0.39, 95% CI 0.30-0.51; p<0.0001).

Исследование 37 пациенток показало, что новый PARP-таргетный радиотрейсер [18F]F-ATD001 обеспечивает сходную с [18F]ФДГ частоту выявления очагов ТНРМЖ, несмотря на более низкие показатели накопления

Крупное популяционное исследование в Израиле показало почти двукратное увеличение риска первого ишемического инсульта у онкологических пациентов в течение года после постановки диагноза. Наибольший риск отмечен в первые 3 месяца и при раке поджелудочной железы и легкого.

Анализ данных Global Burden of Disease показал, что число смертей от рака, связанных с употреблением алкоголя, в США увеличилось с 11 361 в 1990 году до 23 126 в 2023 году. Наибольшее бремя смертности отмечено среди мужчин и взрослых старше 55 лет.

Исследование показало, что риск развития ишемической болезни сердца после лучевой терапии левосторонней локализации при раке молочной железы наиболее высок у женщин с тремя и более исходными факторами сердечно-сосудистого риска. У пациенток с 3 факторами риска 8-летняя кумулятивная частота ИБС составила 20.3% при левосторонней ЛТ против 15.2% при правосторонней.

Исследование KARISMA показало, что низкие дозы тамоксифена (1-20 мг) вызывают измеримые эндокринные изменения у здоровых женщин, особенно повышение SHBG, что может помочь оптимизировать стратегии профилактики рака молочной железы.

Мета-эпидемиологический анализ 21 исследования показал, что эффекты антитело-лекарственных конъюгатов на выживаемость без прогрессирования последовательно превышали эффекты на общую выживаемость (rHR = 0.79), что ставит под сомнение валидность ВБП как суррогатной конечной точки в эру ADC-терапии.

Исследование выявило барьеры и факторы, способствующие эффективному использованию планов помощи при выживаемости (SCP) у пациентов после рака молочной железы и колоректального рака. Ключевые находки подчеркивают необходимость целевого обучения пациентов, цифровой интеграции и постоянной поддержки для улучшения перехода к наблюдению.

Комплексный обзор текущих и перспективных данных III фазы по TROP2-направленным антитело-лекарственным конъюгатам у пациентов с метастатическим трижды негативным раком молочной железы, не подходящих для иммунотерапии, с практическими рекомендациями по выбору терапии и управлению токсичностью.

Обзор клинических данных по ADC против TROP2 (datopotamab deruxtecan и sacituzumab govitecan) в лечении метастатического трижды негативного и HR-позитивного/HER2-негативного рака молочной железы, включая результаты исследований III фазы TROPION-Breast02 и ASCENT-03, которые поддерживают применение этих препаратов в первой линии терапии.

В рандомизированном двойном слепом исследовании III фазы биосимиляр пертузумаба HLX11 показал эквивалентность оригинальному пертузумабу по частоте полного патологического ответа при неоадъювантной терапии раннего и местнораспространенного HER2-положительного рака молочной железы.

Обзор современных подходов к деэскалации и персонализации неоадъювантной терапии HER2-позитивного рака молочной железы с анализом исключения карбоплатина и применения fam-trastuzumab deruxtecan-nxki

Исследование показало, что активирующие мутации ERBB2 связаны с увеличением выживаемости без прогрессирования при терапии трастузумабом дерукстеканом у пациенток с HER2-негативным метастатическим раком молочной железы (медиана 11 против 6,2 месяцев, HR 0,49, p=0,038), даже при отсутствии экспрессии HER2 по данным ИГХ.

Анализ 24 исследований, поддержавших 25 одобрений FDA неоадъювантной и адъювантной терапии солидных опухолей, выявил недостатки в прозрачности дизайна: только 52% показали улучшение общей выживаемости, треть продемонстрировала снижение качества жизни, а методология расчета размера выборки и правила цензурирования часто были неадекватными.

Исследование показало, что генетические предикторы первичного рака молочной железы из общей популяции эффективно предсказывают риск вторичного рака молочной железы у выживших после детского рака. Полигенные риск-скоры с широким геномным покрытием продемонстрировали наилучшую дискриминационную способность.

Ретроспективное исследование 878 пациенток с ранним ТНРМЖ показало, что добавление антрациклинов к карбоплатин-содержащему режиму неоадъювантной терапии не улучшает частоту полного патологического ответа (47,2% против 51,9%, aOR = 1,05, 95%ДИ 0,69–1,59).