Доклинические исследования на сфероидах PDAC демонстрируют значимое связывание и проникновение опухоль-тропного пептида LyP-1 при концентрациях 750–900 μM через p32-рецепторы, что открывает перспективы таргетной доставки препаратов к труднодоступным опухолям поджелудочной железы.

Репозиционированный малый молекулярный ингибитор TBX2/TBX3 в липосомальной формуле показал выраженную цитотоксичность к клеткам PDAC и эффективно разрушал десмопластические 3D-сфероиды при повторных введениях, открывая перспективы для комбинированной терапии рака поджелудочной железы.

Комбинация ингибиторов BET (ZEN3694) и CDK9 (SLS009) продемонстрировала синергический эффект в органоидной модели рака поджелудочной железы с амплификацией MYC, индуцируя апоптоз (25,65% площади окрашивания каспазой-3/7, p<0,001) и некроз, снижая фосфорилирование РНК-полимеразы II и экспрессию MYC и MCL-1.

Доклинические исследования показали, что уролитин A — метаболит кишечной микробиоты — повышает противоопухолевую активность стандартных режимов химиотерапии при раке поджелудочной железы, одновременно защищая кишечный барьер от токсичности цитостатиков и увеличивая выживаемость.

Исследование на органоидных моделях и >600 пациентах показало, что KRAS^G12R опухоли поджелудочной железы демонстрируют иммуноактивное микроокружение и лучший прогноз по сравнению с KRAS^G12D, что связано с усилением программ антигенной презентации и может служить основой для мутация-ориентированной терапии.

Доклинические данные демонстрируют, что напабукасин, ингибитор деубиквитиназы USP36, эффективно подавляет рост PDAC с высокой экспрессией c-MYC. Комбинация напабукасина с пан-KRAS-ингибитором RMC-6236 превосходит монотерапию в ортотопической модели.

Исследование показало, что тучные клетки значительно усиливают экспрессию воспалительных медиаторов (IL-13, IL-6, триптаза) при взаимодействии с первичными и метастатическими клетками протоковой аденокарциномы поджелудочной железы. Выявлено повышение гипоксических генов (Adm, CSF2Rb, Ddit4, Bhlhe40) в опухолевых клетках и изменения метаболизма аргинина и фенилаланина в тучных клетках.

Исследователи разработали подход к цитокин-независимой активации STAT5 в Т-клетках, направленных против мезотелина. В доклинических моделях протокового рака поджелудочной железы (PDAC) активация STAT5 увеличила инфильтрацию опухоли Т-клетками в 10 раз и замедлила рост опухоли, открывая путь к созданию CAR-T и TCR-терапий нового поколения для солидных опухолей.

Комбинация ингибиторов KRAS с вычислительно разработанным миметиком IL-21 (21h10) индуцирует долгосрочные ремиссии при протоковой аденокарциноме поджелудочной железы через CD4 Т-клетки, продуцирующие IFNγ, и фагоцитирующие макрофаги — механизм, не зависящий от CD8 Т-клеток или экспрессии MHC класса I на опухолевых клетках.

Одноклеточная пространственная транскриптомика выявила специфическую опухолево-стромальную нишу, обогащенную CD24+ опухолевыми клетками и BGN+ CAF, как независимый предиктор ипсилатерального рецидива молочной железы после органосохраняющего лечения.

Разработана платформа EXPRESSO для предсказания ответа на терапию по пре-терапевтическому транскриптому. Модель обучена на 5675 пациентах с 9 типами рака и 6 видами терапии, превосходит 20 опубликованных сигнатур и валидирована проспективно на 22 независимых когортах.

Новое исследование раскрывает неожиданную роль MITF в регуляции PD-L1 на меланоцитах: этот механизм защищает пигментные клетки от CD8+ Т-клеток после УФ-облучения, но может способствовать выживанию мутантных клеток и развитию меланомы.

Полногеномное профилирование метилирования ДНК в двух независимых когортах рабдомиосаркомы (n=223 и n=172) выявило новые молекулярные подтипы внутри fusion-negative RMS, включая группу AFN с альвеолярной гистологией и амплификацией MYCL/MYCN, что позволяет более точно стратифицировать пациентов.

Программа молекулярной характеризации NCI-COG провела мультиомный профилинг >700 детей с высокорисковыми и редкими опухолями. Интеграция WGS, RNA-seq и spatial-анализов выявила четыре иммунофенотипа сарком мягких тканей и позволила предсказывать патогенные варианты в опухолях ЦНС с использованием машинного обучения, создавая основу для стратификации пациентов.

Геномный CRISPR-скрининг выявил TRIM28 как ключевой негативный регулятор экспрессии GD2 в клетках саркомы Юинга. Нокаут TRIM28 повышает уровень GD2 через ST8SIA1 и усиливает чувствительность к анти-GD2 CAR-T-терапии, открывая путь к комбинированной стратегии лечения.

Исследование демонстрирует, что гиперэкспрессия MYC, а не амплификация гена, является функциональным драйвером агрессивного течения остеосаркомы. Уровень мРНК MYC ассоциирован с общей выживаемостью, тогда как статус амплификации не показал значимой связи с прогнозом.

Интегративный вычислительный подход на основе одноклеточного секвенирования выявил 37 эволюционных взаимодействий синтетической летальности в резистентных педиатрических глиомах и позволил разработать 11 кандидатных мишеней для генной терапии и 42 низкомолекулярных соединения, проникающих через ГЭБ.

Химерные онкопротеины NUP98 формируют биомолекулярные конденсаты через фазовое разделение, взаимодействуя с гистоновыми ацетилтрансферазами MYST-семейства. Ингибирование KAT6A/7 и CBP/p300 продемонстрировало эффективность в доклинических моделях NUP98-реаранжированного ОМЛ, включая синергизм с менин-ингибитором SNDX-5613.

CRISPR-скрининг и библиотеки транскрипционных факторов идентифицировали TAB1 (TAK1-binding protein 1) как ключевой узел поддержания мезенхимального состояния клеток нейробластомы. Нокаут TAB1 приводил к потере MES-генной экспрессии и повышению химиочувствительности к нескольким классам препаратов.

Разработана иммунокомпетентная модель синовиальной саркомы с экспрессией SS18-SSX2, делецией Pten и активацией β-catenin, демонстрирующая 100% пенетрантность и развитие опухолей в течение 3 недель. Модель характеризуется выраженным опухолевым микроокружением и чувствительностью к химиотерапии.