49-летняя пациентка с HER2-позитивным раком молочной железы достигла полного ответа после неоадъювантной химиотерапии, однако 18F-FAPI-04 ПЭТ/КТ выявила высокий захват (SUVmax 18.2) в шейных лимфоузлах, что было расценено как метастазы. Биопсия подтвердила доброкачественную реактивную гиперплазию с воспалением — редкий пример ложноположительного результата FAPI-визуализации, вызванного посттерапевтическим воспалением.

Ретроспективное исследование 11 156 пациенток с протоковой карциномой in situ показало, что негативные края <2 мм не ассоциированы с повышенным риском местного рецидива по сравнению с краями ≥2 мм, за исключением женщин моложе 50 лет.

Исследование VIOLETTE фазы II оценило комбинацию ингибитора ATR ceralasertib с olaparib при ТНРМЖ во второй/третьей линии. В страте без мутаций гомологичной рекомбинации комбинация значимо улучшила частоту объективного ответа (15,4% vs 3,9%), но не выживаемость без прогрессирования.

Систематический обзор современных данных о роли белка FGD1 в механизмах опухолевого прогрессирования и метастазирования при раке молочной железы, остеосаркоме, меланоме, гепатоцеллюлярном раке и раке предстательной железы.

Ретроспективно-проспективное исследование 147 пациенток показало, что трансплантация аутологичной жировой ткани в область аксиллярной лимфаденэктомии после радикальной мастэктомии обеспечивает интеграцию жира в 90,5% случаев и ассоциируется с улучшением показателей лимфатического транспорта: транспортный индекс 13,8 (10,8; 18,8) vs 26,8 (19,3; 32,8), p=0,03.

Российское исследование операционного материала 110 пациенток показало, что позитивная экспрессия интегрина β4 и ламинина-332 в первичной опухоли значимо чаще встречается при наличии лимфогенных метастазов (66% vs 19%, p<0,001 и 86% vs 7%, p<0,001 соответственно), что позволяет рассматривать эти молекулы как потенциальные биомаркеры метастатического потенциала.

Систематический обзор 100 РКИ показал, что комбинация компрессионной терапии и силовых тренировок (COMP+RT) снижает риск развития лимфедемы после операций по поводу рака молочной железы на 85,4% (RR=0,146; 95%CrI 0,057–0,366). Однако достоверность доказательств остается низкой, а эффект зависит от критериев диагностики и длительности наблюдения.

Новая гипотеза предполагает, что при лизосомальном стрессе клетки ТНРМЖ переориентируют часть аутофагического груза с внутриклеточной деградации на экспорт в составе малых внеклеточных везикул через механизмы, включающие RIPK1 и ось RASAL2-Rab27a.

Многоцентровое поперечное исследование в Китае выявило 44% распространенность тревожности среди пациенток с раком молочной железы на химиотерапии. Молодой возраст, низкая психологическая устойчивость, плохой функциональный статус по KPS, продвинутая стадия и длительные циклы химиотерапии ассоциированы с клинически значимой тревожностью, которая коррелирует с нарушениями сна (ρ=0.358), утомляемостью (ρ=0.322) и тошнотой (ρ=0.366).

Поисковое исследование 54 пациенток с РМЖ, получавших доцетаксел-содержащую химиотерапию, выявило, что после 4 курсов у 71,2% развивается ХИПН II степени. Возраст (AOR=1,126; p=0,007), исходный балл центральной сенситизации (AOR=0,873; p=0,001), III стадия заболевания (AOR=21,340; p=0,04) и лейкоцитарный индекс интоксикации (AOR=0,476; p=0,035) стали значимыми предикторами нейропатической боли.

Исследование случай-когорта в рамках Melbourne Collaborative Cohort Study (n=1223, 347 случаев) показало связь системного воспаления с риском ER+ рака молочной железы у женщин в постменопаузе. Повышение концентрации лептина, интерлейкина-10 и тенденция к увеличению риска при повышении TNF-α ассоциированы с развитием заболевания.

Описан случай 48-летней женщины с дерматомиозитом, резистентным к глюкокортикоидам, у которой при углублённом обследовании выявлен инвазивный рак молочной железы с метастазами в аксиллярные лимфоузлы. После неоадъювантной химиотерапии паклитакселом и препаратами платины отмечен регресс кожных проявлений и улучшение мышечной силы.

Протеомный и метаболомный анализ парных образцов плазмы у пациентов с распространённым раком молочной железы показал масштабную молекулярную перестройку на фоне T-DXd: 508 дифференциально экспрессированных белков и 70 метаболитов, а также шесть белковых и четыре метаболитных кандидата в прогностические биомаркеры выживаемости без прогрессирования.

Разработана и валидирована номограмма для прогнозирования pCR у пациенток с HER2+ раком молочной железы на основе размера опухоли, статуса лимфоузлов, гормонального статуса и NLR. AUC составила 0.776 в обучающей когорте и 0.769 при временной валидации. Выявлена связь между низкой вероятностью pCR и потребностью в психосоциальной поддержке.

62-летняя пациентка с метастатическим раком молочной железы, получающая иммунотерапию, поступила с потерей памяти, конфабуляциями, ангедонией, атаксией и снижением веса. Клинический случай из серии NEJM.

Обзор клинических данных по применению TROP2-направленных ADC при мТНРМЖ с акцентом на выбор и последовательность терапии, стратегии применения нескольких ADC и практические подходы к профилактике и управлению нежелательными явлениями (нейтропения, диарея, мукозит/стоматит, офтальмологические токсичности, ИЗЛ).

Практическое руководство для медсестер по распознаванию и коррекции нежелательных явлений при применении пероральных таргетных препаратов у пациенток с HR-положительным/HER2-негативным раком молочной железы.

Обзор современных стратегий сохранения фертильности у молодых онкологических пациенток: от агонистов ГнРГ и криоконсервации до органосохраняющих операций при раке шейки матки и яичников. Беременность после лечения возможна, но сопряжена с повышенным риском преждевременных родов.

Ретроспективное исследование показало, что 28% пациенток с ранним раком молочной железы могут избежать биопсии сторожевого лимфоузла согласно современным критериям. Отказ от процедуры сокращает время пребывания пациента на 2,18 ч, снижает углеродный след на 0,54 кг CO₂-эквивалента на случай и высвобождает операционные мощности при приемлемой частоте послеоперационного upstaging.

Ретроспективное исследование 2224 случаев органосохраняющих операций показало, что техника cavity shave margins (CSM) обеспечивает сопоставимую с интраоперационным замороженным срезом (FS) частоту повторных вмешательств (12.1% vs 12.8%; p=0.65), но сокращает время операции на 18 минут при изолированной резекции и на 5 минут при комбинации с биопсией сторожевого лимфоузла.