Крупное лонгитюдное исследование с использованием ИИ-алгоритма продемонстрировало прогрессивное снижение плотности скелетной мускулатуры у пациентов с распространённым раком простаты на фоне последовательных линий терапии: АДТ, ARPI и Lu-177-PSMA.

Многоцентровое ретроспективное исследование представило валидированную прогностическую шкалу PROFILE, объединяющую показатели базовой [18F]FDG и [68Ga]Ga-PSMA-11 ПЭТ/КТ для стратификации общей выживаемости у пациентов с метастатическим кастрационно-резистентным раком предстательной железы перед началом терапии [177Lu]Lu-PSMA-617.

Исследование выявило клональный гемопоэз у 66% пациентов с метастатическим кастрационно-резистентным раком предстательной железы, получавших 177Lu-PSMA-617. Наиболее частые мутации — TET2, PPM1D и DNMT3A. Общая выживаемость не различалась (12-месячная ОВ 92% vs 80%, HR 0.89), но отмечена тенденция к большей гематотоксичности и потребности в ростовых факторах (12% vs 0%). У большинства пациентов выявлена экспансия или появление новых клонов с мутациями в генах репарации ДНК (PPM1D, TP53) на фоне терапии.

Post hoc анализ рандомизированного исследования показал значительно худшую выживаемость без прогрессирования при Retzius-sparing в сравнении с передним доступом при RARP у хирургов с ограниченным опытом.

Восьмилетние данные рандомизированного исследования PACE-A показали, что стереотаксическая лучевая терапия (SBRT) обеспечивает биохимический и клинический контроль заболевания, сопоставимый с радикальной простатэктомией, при низкой частоте серьёзных побочных эффектов и лучшем сохранении качества жизни.

Систематический анализ 474 интервенционных исследований показал трансформацию терапевтического ландшафта мКРРПЖ: доминирование ранних фаз, лидерство таргетной терапии (PARP-ингибиторы), зрелость радиофармтерапии (177Lu-PSMA), экспансию иммунотерапии (BiTE, клеточная терапия) и появление PROTAC-деградеров и ADC против B7-H3. Комбинированные режимы составляют 39,2% исследований.

Разработана модель PathStage-MSI на основе глубокого обучения для выявления MSI-H/dMMR статуса непосредственно по H&E-окрашенным гистологическим препаратам рака предстательной железы, достигающая AUROC 0.89-0.91 во внутренней валидации.

Систематический обзор роли ферроптоза — железозависимой регулируемой гибели клеток — в патогенезе рака предстательной железы, почечно-клеточного рака и рака мочевого пузыря. Анализируются молекулярные механизмы супрессии ферроптоза, связанные с андрогеновым рецептором и антиоксидантной защитой, а также морфологические критерии верификации.

Анализ исследований ARASAFE, ARASEC и ARACOG, представленных на конгрессах 2026 г., демонстрирует расширение доказательной базы даролутамида за пределы регистрационных RCT и обосновывает переход к персонализированному выбору системной терапии при распространённом раке предстательной железы.

Описан уникальный клинический случай метастатического поражения придатка яичка при раке предстательной железы — казуистическая локализация (23 случая в мировой литературе, 0,01%). ПЭТ/КТ с ПСМА выявила очаг с SUVmax 12,7, орхидэктомия подтвердила ацинарную аденокарциному с экспрессией ПСА(+++) и ПСМА(+++), идентичную первичной опухоли простаты.

Ретроспективное исследование 74 пациентов с семиномой яичка и резидуальными забрюшинными массами после химиотерапии не выявило различий в выживаемости между динамическим наблюдением и забрюшинной лимфаденэктомией (ВБП 96,1% vs 88,9%, p=0,277), что поддерживает обоснованность наблюдательной тактики у больных с благоприятным прогнозом.

Ретроспективный анализ 837 пациентов показал, что персистенция ПСА ≥0,1 нг/мл через 3 месяца после РПЭ выявлена у 34% больных и ассоциирована с ISUP ≥3 (ОШ 2,10; p=0,001) и стадией pT3–T4. ПСМА-ПЭТ/КТ обнаружила остаточные очаги у 68% пациентов с персистенцией, что позволяет персонализировать раннюю сальважную терапию.

Ретроспективное исследование 167 пациентов показало, что низкий индекс системного иммунного воспаления (ИСИВ <360,6) является независимым предиктором биохимического рецидива после радикальной простатэктомии при раке предстательной железы промежуточного риска (HR 5,7; p=0,0342), тогда как НЛС и ЛМС прогностической ценности не продемонстрировали.

Ретроспективное исследование 353 пациентов с РПЖ низкого и благоприятного промежуточного риска выявило апгрейд у 35,4% после радикальной простатэктомии. Ключевые предикторы: ISUP GG 2, максимальная доля опухоли в столбике >15% и доля положительных столбиков >50%.

Российское проспективное исследование 249 пациентов с локализованным раком предстательной железы низкого риска показало приемлемую безопасность активного наблюдения: реклассификация произошла у 24,9% за медиану 31 месяц. Плотность ПСА и доля позитивных столбиков биопсии — независимые предикторы прогрессирования.

Комбинация MALDI-MSI и мультиплексной иммуногистохимии выявила уникальные паттерны N-гликозилирования внутри и вокруг лимфоидных агрегатов в тканях рака простаты (n=49) и протоковой аденокарциномы поджелудочной железы (n=26) — двух иммунологически «холодных» опухолей с низкой чувствительностью к иммунотерапии.

Исследование показало, что сверхвысокопольная 5,0 Тл МРТ с гистограммным анализом диффузионных параметров позволяет неинвазивно оценивать агрессивность рака простаты и неблагоприятные прогностические факторы с AUC 0,809 для дифференциации клинически значимого и незначимого рака.

Консенсус Prostate Cancer Foundation предлагает трехуровневую схему оценки кардиоваскулярного риска для пациентов с раком простаты на фоне андроген-депривационной терапии и ингибиторов андрогенового рецептора. Схема учитывает специфические эффекты лечения и позволяет быстро определить потребность в консультации кардиолога.

Исследователи идентифицировали химерную РНК ABRAXAS1-HELQ как стабильный референсный ген для количественной оценки химерных РНК в предстательной железе. Молекула демонстрирует стабильную экспрессию в норме и опухоли, а её подавление снижает миграцию клеток через MCOLN2.

Фаза I адаптивной дозоэскалации нового PSMA-радиолиганда с быстрым клиренсом [177Lu]Lu-P17-087 показала безопасность введения активностей до 7,4 ГБк у пациентов с метастатическим кастрационно-резистентным раком предстательной железы. Период полувыведения из крови составил 0,52 ч, поглощённые дозы на почки и костный мозг — 0,39±0,26 и 0,07±0,01 Гр/ГБк соответственно. У 8 из 9 пациентов зафиксировано снижение ПСА от исходного уровня.