Ретроспективный анализ 569 пациентов с метастазами в глаз за 40-летний период показал медиану выживаемости 8,2 месяца без статистически значимого улучшения с 1979 по 2018 год. Рак молочной железы остаётся основным источником метастазирования.

Трёхнедельный курс гипофракционированной постмастэктомической лучевой терапии показал non-inferiority по сравнению с пятинедельным стандартным курсом в отношении частоты осложнений реконструкции и локорегионального контроля при раке молочной железы.

Ретроспективное когортное исследование показало, что только 7% пациенток, начавших приём тамоксифена, обращались за офтальмологической помощью в течение 12 месяцев, несмотря на риск ретинальной токсичности препарата.

Структурированное самоуправление/обучение (SSM/E) показало наивысший потенциал снижения частоты лимфедемы (SUCRA = 98,5%), однако вывод основан на единственном небольшом РКИ с низкой достоверностью доказательств. Прогрессивные силовые тренировки (PRT) продемонстрировали более стабильные эффекты.

Систематический обзор и метаанализ показали, что применение селективных модуляторов эстрогеновых рецепторов при раке молочной железы снижает уровень общего холестерина и ЛПНП, но повышает триглицериды и увеличивает риск жировой болезни печени.

Анализ 42 851 сообщения FAERS выявил различия в профилях глазных нежелательных явлений между классами эндокринной терапии рак молочной железы: тамоксифен демонстрировал наиболее широкий спектр сигналов, ингибиторы ароматазы — поражения глазной поверхности и заднего сегмента, селективные модуляторы эстрогеновых рецепторов — больше ретинальных и макулярных событий по сравнению с ИА.

Систематический обзор и метаанализ 11 РКИ (n=656) показал, что физические упражнения значимо снижают связанную с раком утомляемость (SMD=0.44, p=0.003) и улучшают качество жизни (SMD=0.29, p=0.001) у пациенток с метастатическим раком молочной железы.

Метаанализ 10 исследований (n=1799) показал, что низкое абсолютное число лимфоцитов периферической крови ассоциировано с худшей общей (HR 2.22) и безрецидивной (HR 2.09) выживаемостью при ТНРМЖ независимо от стадии и времени измерения.

Многоомиксное исследование показало значимое снижение экспрессии гена ABO в опухолях молочной железы по сравнению с нормальной тканью. Низкая экспрессия ABO ассоциирована с агрессивными клинико-патологическими характеристиками и может служить независимым прогностическим фактором выживаемости.

Обзор роли циклин-зависимого ингибитора киназы 3 (CDKN3) в онкогенезе показывает отсутствие универсальной функции белка: данные по различным опухолям противоречивы, а связь с хромосомной нестабильностью и сигналингом cGAS–STING остаётся неподтверждённой.

Обзор роли системы SLC7A11/xCT–ферроптоз при BRCA1-мутантном раке молочной железы: связь с резистентностью к платине и PARP-ингибиторам, механизмы редокс-адаптации и потенциальные терапевтические стратегии. Текущие доказательства остаются преимущественно доклиническими и требуют валидации на генотип-определённых моделях.

Ретроспективное исследование 127 пациенток показало, что зрелость третичных лимфоидных структур (TLS) в опухолевой ткани негативно коррелирует с риском рецидива после операции, в то время как высокая экспрессия CD155 и Ki-67 ассоциированы с повышенным риском.

Исследование индийских ученых показало, что гипометилирование промотора TRIM33 выявляется у 78,6% пациентов с ТНРМЖ и связано с повышенной экспрессией белка и отдельными клинико-морфологическими характеристиками опухоли.

Обзор механизмов дислипидемии на фоне терапии ингибиторами ароматазы у пациенток с раком молочной железы и потенциала EPA и DHA в коррекции липидного профиля.

Сетевой метаанализ 22 РКИ (n=1494) показал, что цифровые физические упражнения (SMD=2.53) наиболее эффективны для субъективной когнитивной функции, а цифровые реабилитационные программы (SMD=2.59) — для объективной у пациенток с РМЖ после химиотерапии.

Китайские исследователи на основе модели доказательной медицины JBI и двухэтапного Delphi-опроса 20 экспертов из 10 клиник разработали структурированные сестринские рекомендации по ведению ладонно-подошвенного синдрома у пациенток с раком молочной железы, получающих химиотерапию.

Ретроспективное исследование 166 пациенток показало независимую связь уровня трансферрина с progression-free survival после неоадъювантной химиотерапии рака молочной железы. RCS-анализ выявил приблизительно линейную монотонную зависимость (χ² = 1.46, P = 0.228).

В однорукавном исследовании II фазы у выживших после раннего РМЖ приём oxaloacetate 500 мг дважды в день в течение 8 недель привёл к значимому улучшению оценок когнитивных нарушений (+26,4 балла по FACT-Cog), а также показателей усталости и качества жизни.