Анализ 3344 образцов опухолей показал, что варианты мутаций ESR1 неравнозначны в предикции ответа на элацестрант: мутация L536 ассоциирована с худшими результатами (HR=2.089, p=0.001) по сравнению с Y537 и D538G, а множественные мутации сокращают время до прогрессии (HR=1.62, p=0.038).

Проспективное исследование показало, что ctDNA в ликворе — чувствительный и динамичный биомаркер ответа на T-DXd при лептоменингеальном поражении, тогда как плазменная ctDNA отражает экстракраниальный статус.

Ретроспективное исследование 1033 пациентов с BRCA-ассоциированными опухолями показало, что при выявлении соматических патогенных вариантов в генах предрасположенности к раку герминальное подтверждение получено в 24,2% случаев, с наибольшей конкордантностью для BRCA1 (45%), BRCA2 (30%) и PALB2 (30%).

Анализ 662 парных и ~6000 непарных первичных и метастатических опухолей показал, что метастаз-специфичные мутации часто приобретаются после диссеминации, с непропорциональным вкладом APOBEC-опосредованного мутагенеза. Более половины вариабельности метастатической латентности объясняется временем приобретения мутаций в ключевых сигнальных путях до или после диссеминации.

Обзор современных данных о функциональном разнообразии опухоль-ассоциированных фибробластов при ТНРМЖ, их взаимодействии с опухолевыми клетками и иммунным микроокружением, а также вкладе в резистентность к химио- и иммунотерапии.

Большинство пациенток с РМЖ, получивших отрицательные результаты или VUS при массовом генетическом тестировании, точно помнили результаты и демонстрировали низкий уровень сожаления о решении, однако пациентки с более низкой медицинской грамотностью испытывали более выраженное негативное психосоциальное воздействие (средний балл MICRA 21,7 vs 14,3, p=0,003).

Анализ 8896 пациентов показал, что высокая экспрессия AURKA в ER+/HER2− раке молочной железы связана с высокопролиферативным иммуноактивным фенотипом, лучшим ответом на неоадъювантную химиотерапию, но худшими показателями выживаемости.

Разработана пятимодульная шкала резистентности к ингибиторам CDK4/6 (0–5 баллов) на основе мутационного и копийного профиля. У метастазов выше баллы резистентности (P=0,001) и пролиферативная активность (P=0,014). Квадрант высокой резистентности/высокого дискорданса обогащён событиями в PI3K-пути (OR=16,52; P=0,034), хроматин-ремоделирующих генах (OR=12,47; P=0,001) и оси клеточного цикла/RB (OR=9,03; P=0,001).

Трансформер-модель, объединяющая данные экспрессии генов (GEX) и предоперационические клинические данные, достигла AUC 0.693 для предикции метастазов в сторожевых лимфоузлах (SLNM) и потенциально позволяет избежать биопсии у 27.2% пациенток при сохранении чувствительности 92.1%.

Исследование 63 пациенток с РМЖ показало подтип-специфические корреляции sPD-1/sPD-L1 с функциональным состоянием Т-лимфоцитов: при трижды негативном РМЖ выявлена сильная отрицательная корреляция sPD-L1 с долей CD8+перфорин+ TILs (r = –0,975; p = 0,005).

Эволюция концепции HER2-позитивности: от классической гиперэкспрессии при раке молочной железы к HER2-low, мутациям и опухоль-агностическим подходам с ADC

Ретроспективный анализ 50 229 пациентов с HR+/HER2- pN2-3 РМЖ показал: среди 2058 больных с RS ≤25 адъювантная химиотерапия ассоциирована с улучшением общей выживаемости (HR 0.62, 95% CI 0.48–0.81, P=0.0002), несмотря на низкий риск по OncotypeDX.

Уровни циркулирующего эндотрофина (протеолитического фрагмента коллагена VI) выше при ER+/HER2− опухолях по сравнению с ТНРМЖ и ассоциированы с ответом на терапию в метастатической стадии. Медиана ETP при ER+ составила 35,98 нг/мл против 19,67 нг/мл при ТНРМЖ.

Обзор диагностики, молекулярных механизмов и подходов к лечению редкого подтипа рака молочной железы с отсутствием экспрессии рецепторов эстрогена и сохранённой экспрессией рецепторов прогестерона.

Описаны три пациентки с метастазами рака молочной железы в желудок и гастроэзофагеальный переход, включая NST-карциному и смешанный дольково-протоковый фенотип. Во всех случаях отмечена дискордантность биомаркеров (HER2, PR) между первичной опухолью и метастазом, что требует пересмотра рецепторного статуса в метастатической ткани.

Обзор ключевых барьеров в диагностике и лечении воспалительного рака молочной железы (IBC) — агрессивного клинико-патологического варианта, охватывающего гормонопозитивные, HER2-позитивные и трижды негативные опухоли. Рассматриваются роль опухолевого микроокружения, жидкостная биопсия (ctDNA), иммунотерапия и антитело-лекарственные конъюгаты.

Рандомизированное исследование показало, что фасилитированное каскадное генетическое тестирование с навигационной поддержкой повышает охват тестированием родственников первой степени родства носителей мутаций BRCA1/2 до 73,2% против 50,7% при стандартной практике (P<0,001), выявляя патогенные варианты у 46% обследованных.

Одноклеточная пространственная транскриптомика выявила специфическую опухолево-стромальную нишу, обогащенную CD24+ опухолевыми клетками и BGN+ CAF, как независимый предиктор ипсилатерального рецидива молочной железы после органосохраняющего лечения.