Анализ 51 случая аутоиммунной гемолитической анемии (АИГА) на фоне терапии ингибиторами контрольных точек показал, что это редкое, но потенциально жизнеугрожающее осложнение обычно развивается рано и в 92,2% случаев отвечает на кортикостероиды.

Молекулярные прогностические модели на основе экспрессии генов показали нестабильность отбора признаков и ограниченную пользу за пределами клинических переменных у 778 пациентов с резецированной аденокарциномой легкого I–II стадии из четырех когорт.

Новый подход FragMIL, анализирующий индивидуальные молекулы cfDNA как обучаемые токены, показал AUROC 0.963 для пан-канцерной детекции и 0.910 для гепатоцеллюлярной карциномы на трёх когортах (n=934), превзойдя традиционные методы фрагментомики.

Ретроспективный анализ 101 пациента со стадией II–III НМРЛ выявил три ключевые точки принятия решений: выбор предоперационного лечения, переоценка резектабельности после индукционной терапии и оценка риска рецидива после операции. Особенно сложными сценариями оказались гетерогенная стадия II, пограничная резектабельность и дискордантный ответ на неоадъювантную терапию.

Ретроспективное одноцентровое исследование (n=580) показало, что среди пациентов с EGFR-мутантной аденокарциномой лёгкого III–IV стадии реактивация HBV на фоне EGFR-TKI развилась у 9,8% HBsAg-позитивных и не была связана с выживаемостью. Исходная HBsAg-позитивность продемонстрировала пограничную тенденцию к худшей ОВ (HR=1,42; 95% ДИ 0,99–2,04; p=0,054) без влияния на ВБП, а наличие печёночных метастазов независимо ухудшало ОВ у HBsAg-позитивных больных (HR=3,84; p=0,002).

Цитологическое исследование перикардиальной жидкости выявило злокачественное поражение у 12,9% пациентов без предшествующего онкологического диагноза и у 39,4% с известным раком. У всех восьми пациентов со скрытым раком цитология стала первым патологическим подтверждением злокачественного процесса.

Исследование 26 698 пациентов с раком молочной железы, колоректальным раком и раком легкого показало, что поздняя стадия диагностики ассоциирована с типом опухоли, страховым покрытием и депривацией района проживания. Для рака молочной железы высокая депривация района повышала шансы поздней стадии на 55% (OR 1.55; 95% CI 1.31–1.85).

Описан случай двусторонней вестибулопатии, вызванной прямой инфильтрацией преддверно-улитковых нервов при лептоменингеальном метастазировании аденокарциномы легкого. Диагноз подтвержден количественным видео-тестом импульса головы всех шести полукружных каналов.

Описан случай редкой агрессивной опухоли у 41-летнего мужчины с метастазами в головной мозг. Несмотря на мультимодальное лечение, включая химиотерапию EMA/CO, EMA/EP с sintilimab и nab-паклитаксел с bevacizumab и penpulimab, заболевание прогрессировало. Обзор литературы предполагает возможное преимущество иммунотерапии в общей выживаемости.

Качественное исследование с участием 13 пожилых пациентов после резекции лёгкого по поводу рака выявило три уровня факторов, влияющих на приверженность реабилитационным упражнениям: индивидуальные (симптомы, тревога, неопределённость, восприятие пользы), семейные (поддержка близких) и системные (дефицит преемственности медицинского наблюдения, ограниченность ресурсов и страхового покрытия).

Исследование характеризует распределение клинического ПЭТ-трейсера [18F]F-AraG, накапливающегося в активированных T-клетках и тканях с высоким митохондриальным биогенезом, у 20 взрослых без активного злокачественного процесса.

Многопрофильная команда Beth Israel Lahey Health разработала и внедрила интегрированный в электронную медицинскую карту рабочий процесс для стандартизации оценки курения, направления на лечение табачной зависимости и скрининг рака легкого в девяти онкологических центрах. Базовая оценка выявила значительные пробелы: среди 82 пациентов, употребляющих табак, только 63% получили консультирование, 3% были направлены в программы отказа от курения, и 32% предложена фармакотерапия.

Обзор механизмов эпигенетической регуляции стволовоподобных состояний при EGFR-таргетной терапии немелкоклеточного рака лёгкого: от хроматинового ремоделирования до микроокружения опухоли.

Анализ 33 исследований III фазы показал, что 58% требуют центрального тестирования (преимущественно PD-L1 ИГХ), что может создавать барьеры для включения пациентов. Более половины пациентов (57%) готовы отказаться от участия в исследовании при задержке ~5 недель на повторное тестирование.

Ретроспективная работа показала техническую выполнимость интраоперационной модель-управляемой локализации якорными метками без чрескожной пункции у 24 пациентов. Метод позволил избежать внутрилёгочного кровотечения и пневмоторакса, характерных для предоперационной КТ-пункции, при сопоставимой точности локализации.

Сетевая фармакология и эксперименты in vitro выявили 95 потенциальных терапевтических мишеней китайского растительного сбора Pei Yuan Yi Fei Decoction (PYYFD) при НМРЛ. Построена прогностическая модель на основе 8 генов (CDC25C, GSTM2, BIRC5, EPHB2, NUF2, COL1A1, ADH1C, ACHE), молекулярный докинг предсказал взаимодействие кверцетина с COL1A1, PYYFD снижал жизнеспособность клеток PC-9.

Ретроспективный анализ показал, что внедрение структурированной программы скрининга с выделенной медсестрой-навигатором и целевые информационные кампании привели к устойчивому росту числа низкодозных КТ лёгких на 82% в течение полугода после начала программы.

Анализ коммерческих NGS-панелей показал, что большинство малых панелей (<50 генов) не включают все биомаркеры категорий 1 и 2A по NCCN. Лишь 18% панелей для меланомы и 6% для рака лёгкого и простаты захватывают все рекомендованные маркеры; для рака поджелудочной железы, яичников и холангиокарциномы ни одна панель не обеспечивает полного покрытия.

Анализ 13 коммерческих комплексных NGS-панелей показал, что только 23% полностью охватывают рекомендованные NCCN биомаркеры для НМРЛ, 46% — для рака яичников. Наиболее часто отсутствуют генные слияния (NRG1, NTRK3, ROS1) и HRD/LOH-анализ.

Проспективное когортное исследование показало, что стандартизированный протокол ведения пациентов позволил безопасно применять T-клеточные биспецифические антитела в условиях общей онкологической практики: среди 25 пациентов не зарегистрировано СВЦ или ICANS ≥2 степени, среднее время от направления до первой инфузии составило 7,8 дней, 83,3% вернулись к наблюдению у направившего онколога.