Кросс-секционный анализ 640 оценок ESAS показал, что финансовый дистресс у паллиативных онкопациентов тесно коррелирует с общей симптоматической нагрузкой (ρ = 0.330; p = 2.77×10⁻¹⁶) и независимо предсказывается тревогой (β = +0.161; p = 0.004), депрессией (β = +0.143; p = 0.022) и нарушением общего самочувствия (β = +0.241; p < 0.001). Пациенты с опухолями головы и шеи составляют группу особо высокого риска (β = +1.38; p = 0.034).

Опрос 130 специалистов лучевой терапии показал, что удалённая работа и ИИ-ассистированные инструменты улучшают баланс работы и жизни (71–87% согласия) и экономят время (52–91% отмечают экономию ≥1 часа в неделю), однако выгорание остаётся распространённым: 42% физиков, 28,6% радиационных онкологов и 22,2% дозиметристов сообщают о симптомах.

Ретроспективное исследование 1194 пациентов выявило, что 9% испытали ≥3 незапланированных госпитализации в течение 12 месяцев после начала химиотерапии. Значимыми предикторами стали как клинические факторы (альбумин <3.5 г/дл, OR 3.89; метастатическая стадия, OR 3.85), так и социоэкономические (высокий индекс депривации района, OR 2.5; страховка Medicaid, OR 2.01).

Опрос 94 специалистов из 55 центров CAR-T-терапии выявил, что основным барьером к получению лечения является необходимость наличия ухаживающего лица (85%). Менее половины центров изменили свои политики после отмены FDA требований REMS для некоторых CAR-T-продуктов.

У пациентов с НМРЛ и мутацией KRAS G12C медиана выживаемости без прогрессирования составила 9,8 месяца при использовании divarasib против 5,7 месяца при терапии sotorasib или adagrasib.

У пациентов с EGFR-мутированным и MET-изменённым НМРЛ, прогрессировавшим на osimertinib, комбинация osimertinib + savolitinib (ингибитор MET-тирозинкиназы) показала более длительную выживаемость по сравнению с платиной и пеметрекседом.

У пациентов с PD-L1-негативным распространённым неплоскоклеточным немелкоклеточным раком лёгкого добавление sacituzumab tirumotecan к пембролизумабу увеличило медиану выживаемости без прогрессирования до 15,0 мес против 5,7 мес при химиотерапии с пембролизумабом.

Первое исследование на людях радиофармпрепарата 212Pb-ADVC001 (альфа-излучатель, таргетирующий PSMA) продемонстрировало благоприятный профиль безопасности до 200 МБк с еженедельным введением и обнадеживающую противоопухолевую активность: 80% пациентов достигли снижения ПСА ≥50%, медиана rPFS составила 11,2 месяца.

Международная группа экспертов выработала 49 консенсусных рекомендаций по ведению пациентов со злокачественной кишечной непроходимостью, охватывающих оценку состояния, медикаментозное, хирургическое и паллиативное лечение.

Мета-эпидемиологический анализ 86 исследований (31 РКИ и 55 исследований реальной практики) выявил значимые различия в сообщаемых исходах ингибиторов CDK4/6 при HR+/HER2- распространённом раке молочной железы: частота объективного ответа выше в реальной практике (51,8% vs 36,6%; P=0,031), симптоматические нежелательные явления — ниже, частота редукции дозы — выше (50,8% vs 33,4%; P=0,016).

Доклинические исследования показали возможность использования радиомеченого 64Cu-NOTA-трастузумаб дерукстекана для неинвазивной оценки доставки ADC в опухоли с низкой экспрессией HER2 и раннего прогнозирования ответа на терапию.

Проспективное датское исследование показало, что основная клиническая ценность [68Ga]Ga-FAPI-46 ПЭТ/КТ — выявление отдалённых метастазов, не визуализируемых на [18F]ФДГ ПЭТ/КТ и КТ с контрастом, что привело бы к изменению тактики с радикальной на паллиативную у 15% пациентов.

Радиоиммуноконъюгат 211At-трастузумаб показал выраженную противоопухолевую активность в трех доклинических моделях резистентности к трастузумабу при HER2-позитивной серозной карциноме матки, включая внутреннюю, индуцированную и приобретенную резистентность.

Ретроспективное радиотранскриптомное исследование показало, что захват [18F]DOPA отражает агрессивный молекулярный подтип панкреатических нейроэндокринных опухолей с высокой экспрессией SLC7A5 и неблагоприятным прогнозом.

Предоперационная ПЭТ/КТ с 68Ga-uPAR, визуализирующая рецептор активатора плазминогена урокиназного типа, ассоциирована с ранним послеоперационным рецидивом НМРЛ, тогда как 18F-ФДГ не показала прогностической значимости.

В промежуточном анализе исследования III фазы медиана ОВ составила 21,1 месяца при поддерживающей терапии тарлатамабом с дурвалумабом против 12,7 месяца при монотерапии дурвалумабом у пациентов с распространённым МРЛ.

Периоперационная терапия дурвалумабом в сочетании с неоадъювантным энфортумабом ведотином повысила 24-месячную выживаемость без событий до 63,5% против 45,1% при одной хирургии у пациентов с мышечно-инвазивным раком мочевого пузыря.

Модель, включающая базальное абсолютное число лимфоцитов и его изменение после первого цикла неоадъювантной терапии, продемонстрировала AUC 0,86 для предсказания полного патологического ответа при HER2+ РМЖ.

Рандомизированное исследование II/III фазы показало, что добавление tovecimig (биспецифическое антитело к DLL4 и VEGF-A) к паклитакселу значимо улучшило ЧОО (18,0% vs 5,3%; p=0,0228) и ВБП (4,7 vs 2,6 мес; HR 0,44; p<0,0001) у пациентов с предлеченным билиарно-панкреатическим раком, хотя различия в ОВ не было.