Вторичный анализ РКИ показал, что 43% (23/58) пациенток с раком молочной железы старше 65 лет (средний возраст 69,5 лет) отметили улучшение комфорта работы с технологиями в ходе 10-недельного телемедицинского вмешательства. Предоставление устройств (iPad) и технической поддержки позволило участвовать даже пациентам с низким исходным уровнем технологической грамотности.

В пилотном перекрёстном исследовании fezolinetant 45 мг/сут в течение 4 недель снизил частоту приливов на 7,06 эпизодов против 1,52 на плацебо (p=0.042) и улучшил качество жизни у пациенток, получающих эндокринную терапию по поводу рака молочной железы.

Внедрение чек-листа и обучение координаторов снизили частоту ошибок предварительного скрининга с 12,5% до 3,05% в рамках программы повышения качества клинических исследований ASCO.

Провайдеры систематически оценивали важность сохранения фертильности выше, чем сами пациентки (разница 0,8–1,1 балла, p<0,05 во всех временных точках), при этом точное совпадение оценок составило лишь 30–39%. Оба показателя снижались с течением времени.

Простое одностраничное образовательное вмешательство значимо улучшило распознавание распространённых онкологических мифов у пациенток, получающих лечение по поводу рака молочной железы: средний балл вырос с 64,5% до 76,3% правильных ответов (p<0,001, Cohen's dz=1,11).

Исследование программы навигации показало сокращение времени до первой консультации онколога с 5,5 до 1,5 дней и времени до начала лечения с 18,1 до 3,8 дней у 1124 пациентов с раком молочной железы, гинекологическими и гастроинтестинальными опухолями.

Ретроспективный анализ 579 пациенток показал, что тест BCI для оценки позднего отдалённого рецидива и принятия решений о продлении эндокринной терапии использовался только в 15% случаев раннего гормонопозитивного РМЖ, причём 65% тестов назначили 4 из 32 онкологов — данные указывают на низкую готовность к деэскалации терапии, несмотря на обновлённые рекомендации.

Ретроспективное исследование показало, что **14,4% пациентов умерли во время госпитализации**, а 30-дневная летальность составила 28,7%. В подгруппе паллиативной химиотерапии (исключая мелкоклеточный рак лёгкого, рак яичка, саркому и нейроэндокринные опухоли) медиана выживаемости составила всего 57 дней, при этом 57% умерли в течение 60 дней.

Среди пациенток с раком молочной железы, отвечающих критериям USPSTF для скрининга рака легкого, приверженность составила 68%. Большинство пропущенных скринингов (87%) обусловлено системными барьерами в назначении/выполнении НДКТ, а не отказом пациенток.

Качественное исследование выявило ключевые проблемы при проведении герминального генетического тестирования онкологами: недостаточная коммуникация о долгосрочных последствиях для наблюдения и каскадного скрининга, а также сложности в интерпретации вариантов неопределённой значимости (VUS).

Анализ базы SEER-Medicare (2008–2021) выявил двустороннюю обратную ассоциацию: ревматоидный артрит снижает риск рака молочной железы (OR 0.80), а диагноз рака молочной железы ассоциирован с меньшей частотой развития ревматоидного артрита (HR 0.93). Лучевая терапия дополнительно снижала риск ревматоидного артрита (HR 0.82), тогда как лечение экземестаном повышало его (HR 1.33).

Проспективное рандомизированное исследование (N=187) показало, что низкая фракция потери гетерозиготности (LOH) предсказывает выживаемость без событий при ТНРМЖ на фоне карбоплатина, а статус дефицита гомологичной рекомбинации (HRD) — достижение низкого остаточного бремени опухоли при HR+ раке молочной железы.

Качественно-количественный анализ исследования YES показал, что молодые пациентки после лечения рака молочной железы испытывают стойкие симптомы и информационные потребности. Структурированный мониторинг симптомов может улучшить их осведомлённость и коммуникацию с медицинской командой.

Ретроспективное исследование 342 пациенток показало, что проблемы сексуального здоровья распространены среди выживших любого возраста: 40% сообщили о таких нарушениях, причём среди женщин ≤44 лет — 61,5% против 16,1% в группе 65–74 лет (p<0,05). Среди имеющих жалобы более 50% соответствовали критериям сексуальной дисфункции, без значимых возрастных различий в интересе, желании или активности.

Ретроспективный обзор применения онкопластических методик при раннем раке молочной железы у пременопаузальных женщин показал, что только 16% подходящих пациенток получили онкопластическую операцию, тогда как 55,3% выбрали мастэктомию, несмотря на доступность органосохраняющих вариантов.

Уход врача первичного звена в течение 24 месяцев до диагностики рака повышал вероятность выявления поздней стадии на 0,9 процентных пункта (относительное увеличение на 2,4%) среди пожилых пациентов с раком молочной железы и колоректальным раком.

Пациентки с раком молочной железы, ассоциированным с беременностью (PABC), и контрольная группа без беременности показали сопоставимые уровни дистресса. Наибольший дистресс отмечался в первый месяц после диагноза в обеих группах.

Анализ электронных опросников 781 пациента выявил три устойчивых паттерна нарушения концентрации внимания (лёгкое — 25%, умеренное — 61%, тяжёлое — 14%). Предикторами тяжёлых когнитивных нарушений стали отсутствие полного школьного образования, рак молочной железы и отсутствие партнёра.