Ретроспективное когортное исследование 742 пациентов показало, что у тщательно отобранных пациентов ≥80 лет после комплексной гериатрической оценки, предоперационной подготовки и малоинвазивной хирургии 30-дневные осложнения (42,0% vs 43,6%, p=0,731), частота несостоятельности анастомоза (3,5% vs 3,1%, p=0,835) и длительность госпитализации были сопоставимы с более молодой когортой, несмотря на значимо более высокую исходную хрупкость (23,2% vs 5,8%, p<0,001).

Систематический обзор 27 исследований (14 случай-контроль, 13 когортных) показал противоречивые данные о связи астмы с риском рака поджелудочной железы: часть работ указывает на возможное защитное действие, другие не обнаружили различий или выявили положительную ассоциацию.

Rab23 значимо повышен в плоскоклеточном раке кожи и активирует аутофагию через MEK/ERK-путь, усиливая инвазию опухолевых клеток. Ингибирование MEK полностью отменяло эффект Rab23 на миграцию и маркеры аутофагии.

Ретроспективное исследование из Аргентины показало **27% частоту HER2/ERBB2-аберраций** при раке желчного пузыря. Альтерации HER2/ERBB2 не ассоциированы с ухудшением общей выживаемости (HR 0,40; 95% CI 0,11–1,45; p=0,162) и потенциально коэкспрессируются с мутациями в генах путей PI3K/AKT/mTOR и VEGF.

Парадигма лечения резектабельного НМРЛ смещается к прецизионным периоперационным стратегиям. Адъювантные ингибиторы тирозинкиназ существенно улучшают выживаемость без прогрессирования у пациентов с мутациями EGFR и перестройками ALK. Неоадъювантная или периоперационная блокада PD-(L)1 в сочетании с платиносодержащей химиотерапией стала стандартом при резектабельных стадиях II–III у пациентов без драйверных мутаций. Будущие приоритеты включают оптимизацию последовательности лечения, улучшение частоты полного патоморфологического ответа и интеграцию детекции минимальной резидуальной болезни на основе циркулирующей опухолевой ДНК.

Внеспинальная крестцово-копчиковая эпендимома — редкая педиатрическая опухоль, часто маскирующаяся под доброкачественные образования и требующая онкологического подхода из-за риска рецидива и метастазирования. Переклассификация ВОЗ 2021 г. на grade 2 отражает клиническую значимость отдалённых осложнений.

Анализ scRNA-seq 12 атипичных тератоид-рабдоидных опухолей выявил метаболические программы астроцитов (глутамат/глутамин) и иммунные программы микроглии с кандидатными взаимодействиями опухоль–глия, включая APP–CD74.

Индийские исследователи впервые установили, что гиперметилирование региона THOR независимо от HPV-статуса управляет реактивацией теломеразы через hTERT при раке шейки матки. Снижение рекрутирования менина к гиперметилированному THOR открывает новую терапевтическую мишень для эпигенетической терапии.

Межболезненной подход с использованием данных по сердечной недостаточности позволил идентифицировать ECM2 как маркер патологического ремоделирования опухоль-ассоциированных фибробластов при раке молочной железы. Нокдаун ECM2 снижал активацию фибробластов in vitro.

Ретроспективное исследование 128 пациентов с рефрактерной миеломой показало, что клинические проявления CRS различаются в зависимости от времени начала, тяжести и продолжительности синдрома, что требует дифференцированного подхода к мониторингу и управлению токсичностью CAR-T-терапии.

Исследование на основе базы данных SEER (n=2117) показало, что алгоритм градиентного бустинга (GBM) превосходит другие методы машинного обучения в прогнозировании выживаемости пациентов с редкой и агрессивной нейроэндокринной карциномой мочевого пузыря, демонстрируя AUC 0.846 для 1-летней выживаемости.

Проспективное исследование с использованием экологической моментальной оценки (EMA) выявило флуктуирующие траектории 13 симптомов после адъювантной химиотерапии колоректального рака. Потеря аппетита, сухость во рту и тошнота продемонстрировали наиболее высокие исходящие временные связи в сети симптомов и могут быть кандидатами для усиленного мониторинга.

Клинический случай описывает развитие холестатического поражения печени (grade 2) при терапии atezolizumab у пациента с распространённой стадией комбинированного мелкоклеточного рака лёгкого с мутацией EGFR L858R и позитивностью по AMA-M2, что указывает на возможное сочетание иммуноопосредованной холангиопатии с ранее не диагностированным первичным билиарным холангитом.

Описан редкий случай синдрома Линча с герминальным вариантом MSH2 p.A230Lfs*16, осложнённый тремя последовательными первичными злокачественными новообразованиями — колоректальным раком (2015), раком эндометрия (2015) и ампулярной карциномой (2026). Случай подчёркивает необходимость раннего скрининга на синдром Линча у пациентов с множественными первичными опухолями и семейным анамнезом рака.

Ретроспективное исследование из двух онкоцентров Сан-Паулу показало, что 43,5% пациенток с РМЖ моложе 50 лет. Медиана потерянных лет жизни у умерших молодых пациенток оказалась вдвое выше (42 vs 21 год), хотя распределение по стадиям было схожим.

61-летний мужчина с аденокарциномой высокой степени злокачественности с фетальной морфологией в области мостомозжечкового угла без идентифицированного первичного очага на КТ грудной клетки. Смерть через 3 месяца после субтотальной резекции.

Комбинация сетевой фармакологии, машинного обучения и экспериментальной валидации выявила механизм действия артемизинина при раке желудка: подавление ERK/MAPK-сигналинга и снижение экспрессии TOP2A, CCNB2 и CCNA2.

Описан клинический случай гистологической трансформации аденокарциномы лёгкого с делецией EGFR exon 19 в плоскоклеточный рак после множественных линий терапии. Продольное NGS-профилирование выявило новые варианты SMAD4 p.D351V и ATM p.E1139K в опухоли после трансформации.

Ретроспективное исследование 422 пациенток показало отсутствие независимой связи между глубиной эксцизии при LEEP и статусом краёв резекции (OR 0,95; 95% CI 0,72–1,26; p=0,74) или постоперационной позитивностью hrHPV (OR 0,80; 95% CI 0,57–1,13; p=0,20). CIN3 ассоциировался с позитивными краями в 3,7 раза чаще, чем CIN2.